Арликс

Это история о Арликс.
Часть 1: "Курица ценой в медведя"
Человек сидел на сосне. Под сосной сидел медведь. Медведи не отличаются терпеливостью, и готовы чаще порвать соперника на куски, либо мгновенно переоценивать свои шансы и сбегать. Медведи - животные не только разумные, но и решительные. Чего не скажешь о человеке, что сидел на сосне и пытался отвлечься от мыслей о смерти. Медведь о смерти не думал. Медведь думал о лакомстве, которое так не вовремя пнуло его в мохнатый бок, и сейчас сидело на пахучей многолетней сосне, думая о птичках.

Медведь облизнулся.

Медведь заревел.

Медведь прокашлялся, когда его окликнули ближайшие кусты.

-Чего на весь лес ревешь, увалень? Дичь всю распугаешь!
Медведь понял, что ему не послышалось, и оглянулся на кусты с подозрительным выражением морды, насколько это вообще возможно для животного. Те зашуршали, и оттуда выползла лиса с зайцем в зубах. Человек на сосне в это время косился вниз, пытаясь понять причину затишья со стороны своего бурого вестника смерти. Конечно, он не понимал разговора лисы с медведем - ведь говорили они по-звериному, переговариваясь рыками и утробными звуками. Медведь облизнулся и ответил остроязычной плутовке:

-Да как тут не реветь? Вон тот гад на мою территорию забрел, да еще и пнул меня. Так что реву я со злости. А вот убью я его уже от голода.

Лиса постояла пару секунд , и внезапно положила дохлого зайца к ногам медведя.

-Большой ты мой и когтистый, усмири гнев. Коли голоден - так вот тебе заяц, я себе еще наловлю, чай, не увалень, как ты. А что человек тебе не угодил - так чего с них взять? Они твари неразумные, действуют по врожденным шаблонам. Не опускайся до его уровня…
-Это мне-то не опускаться? Пусть сам сюда спустится, а там посмотрим, кто кого разумней! Я его разум весь из головы выбью, со вкусными мозгами заодно! - Медведь начал беситься, при этом с гипнотическим видом уставившись в сосну.

-Э, Миша, не шуруй. Голова ты горячая, ты же знаешь, сколько тебе бед принесла горячность твоя. Как сосредоточение всей мудрости леса, говорю тебе - оставь ты человека, самому лучше будет.

Медведь тут же вспомнил, как съел одного паломника. Или миссионера? Странные конечно забавы у людей, ползать по миру и искать метафорическую сущность, являющую собой воплощение абсолютного созидания - тогда как само бытие и есть воплощение абсолютного созидания, тождественного сущности Создателя как таковой. Медведь так и не понял увещеваний паломника, зато понял, что теперь живот его полон греха и покаяния. А это в три раза хуже изжоги! Сравнивать в числах медведь научился после того, как съел математика, отчего ему лучше не стало. Теперь он мог посчитать годы, которые жил, и понять, насколько он стар. И стать еще старше - от ужаса и тяжести прожитых лет. А когда он буддиста съел, три дня потом негативной кармой в кусты ходил…

Животное с толстой шкурой все еще смотрело в сосну, пытаясь осознать отвратительность человеческих отголосков в его звериной душе, и ждал, пока желание уйти перерастет гордость за ушибленный бок, а также гордыню перед лисой - ну не может же он так просто быть убежденным какой-то рыжей плутовкой? И все же, когда отвращение к людям достигло в нем пика, он покачал мордой, развернулся, потерся спиной о сосну, в последний раз гневно взглянул на человека, схватил труп ушастого травожуя и медленно, вперевалочку, покинул насиженное место под сосной. Его место тут же заняла лиса.

Человек смотрел вниз. Медведь ушел, и сменился образом лисы, которая также села под сосной. Легче от этого не стало. Человек слышал, что лисы могут заразить бешенством, что они жестокие, опасные, хитрые существа… И много чего еще слышал. Поэтому спускаться не торопился. Пока что.
Лиса в это время собрала всю свою хитрость на кончике носа - что являлось определенным магическим актом - и сладким голосом обратилась к сидящему на сосне.
-Почто трясешься на сосновой ветке, человече? Али медведя увидел?

-А если и увидел? - Человеку не очень хотелось встречаться с неизвестным. Если в случае с медведем неизвестностью была жизнь после смерти, то в случае с лисой неизвестным было вообще все.

-Так поздно трястись! Медведь ушел уже, прогнала я его. Обещаю, тут безопасно.

Человек поколебался, но все же начал сползать. Спуск был долгим, и Лиса начала считать собственные мысли в голове, пока наконец человек не оказался рядом с ней.
-Девять тысяч четвертая, девять… А, вот и ты! - Лиса облизнулась, хитровато глянула (или человеку показалось?) на лицо человека, и продолжила говорить: Теперь тебе ничто не угрожает. А вообще, я потеряла свой обед, спасая твою сочную тушку, поэтому я рассчитываю на компенсацию с твоей стороны. Надеюсь, ты поблагодаришь меня.

Человек вытер пот со лба, посмотрел на лису, и решил, что способность прогонять медведей стоит благодарности. Что, если лиса способна не только медведей гонять? Опасность все еще не миновала, судя по всему…

-Ты не знаешь, где деревня? Я, в общем то, глубоко как-то забрел…

-Забрел, забрел. Так забрел, что почка у медведя три дня еще болеть будет. - Человек досадно потер затылок, вспоминая, что в лес он забрел, убегая от собственных проблем и плохого настроения. Однако это всяко лучше смерти, а медведь может быть неподалеку, так что стоит вернуться, даже если Моирса…

Ох, Моирса…

Лиса все еще терпеливо смотрела на человека, который успел сменить несколько не очень радостных выражений лица, но все же не удержалась, и куснула его в ногу.

-Ай! Ты чего?

-У меня, конечно, много времени, но вот ты смертен, человечишко. Пойдем, расскажешь что тебя так тревожит. Так долго после лимона и чеснока не морщатся, а после водки и вовсе слюни пускают. Так что дело не в том, что ты съел накануне, а в глубинной печали, что тебя одолевает. -Пока лиса все это проговаривала, они уже начали свой путь к деревне, и прошли довольно далеко. - Давай, давай, не стесняйся. Я уже столько перевидала на своем веку… Миллениуме.
Человек последнего слова не понял, но и спрашивать не стал. Часть пути прошла в молчании - в основном в угрюмом молчании человека, но через полчаса пути он решился и начал свой рассказ.

-В общем, есть у нас в деревне девица. Ох, хороша! Ростом невысока, да лицо румяное, улыбка светом поливает всю окрестность. Как улыбнется - словно второй рассвет наблюдаешь! Да вот по сути не рассвет это, а закат. Увидишь Моирсу - и пропал добрый молодец. Не один добрый молодец пал под чарами улыбки той, и я захвачен был. И это половина проблемы. Многие кто в нее втюхался - терпят, и ладно бы. А я полез… Отец у нее строгий, Сарсткип Олфоегович, но знает, что дочурку защищать не нужно - она сама кого хочешь опустит в бездну ужаса и самобичевания. Умна, хитра, на язык остра… На ее язык-то и напоролся я. Пришел к ней - так, посмотреть в очи приятные мне… Да получил оплеуху словестную. Как только она меня не крыла, в итоге и ничтожество я, и таракан, и мышь дохлая… Кто я такой, что бы ее, ЕЕ радовать?! Ушел я оттуда, а спину мне обжигала… Нет, прожигала ее улыбка! Сквозь кожаный жилет… - На этих словах он потряс свой кожаный жилет. -…Ощущал ее улыбочку, как кочергу раскаленную. Ощущаю так, словно сквозь спину прошла как нож сквозь масло, да в сердце самое клеймо поставила. Улыбочка эта ее…

Лиса слушала, и не думала ни о чем. История стара как мир.

-Ну, богатырь ты наш безутешный, помочь я тебе ничем не смогу. Таких как ты я видала тысячи. Однако, дабы горе ты забыл, свою историю могу я рассказать. А там придем к деревне, и подкормишь ты старую лису курочкой, ну или на что у тебя деньжат хватит.

-Да, давай.

И Лиса начала свой рассказ.


Часть 2: "Прошлое захоронено в гробнице из глины"
Я была обычной лисой. Ну не то, чтобы очень обычной. Знаешь, есть легенды о том, что лисы за долгую жизнь могут быть награждены способностью превращения в человека? Отчасти это правда. Однако я получила свою способность обращаться в человека не совсем так. Я тоже слышала легенды о таких лисах, но ни одной не видела. Я не была обычным лисенком, потому что была ЛЮБОЗНАТЕЛЬНОЙ лисой. Обычно лисы осторожны. Либо мертвы. Это закон среди лис. Но изредка получается и так, что лиса любознательна, и более того - дорастает в своем смешении хитрости и любознательности до такого уровня, когда мало что может убить ее. Так было и со мной. Однажды я стала настолько умной, что сравнилась в уме с людьми, пусть и частично. И тогда я решилась на путешествие. Я пошла в те края, где лисы не показывали свой нос; я видела чудищ, что остались со времен столь древних и темных, что сам Свет боится вспоминать о них. Люди не всегда были главными, но даже Те Что Были До Людей, когда-то имевшие силу и власть достаточную чтобы создавать и разрушать целые континенты, были поглощены Временем и Тьмой. Чудовища, что были порождены дыханием Древности, доживали свой век, и им было некому рассказать о всем, что видели они. И тогда они находили во мне благодарного слушателя, и учили меня Магии. Они рассказали мне, что в Начале Времен мир был кипящим котлом Сотворения. Сам мир, все его звезды и твердь земная, все в этом мире было рождено из вспышки волшебства столь могущественного, что оно сотворило абсолютно все, что имеет место Быть. Именно так - БЫТЬ. Это особое понятие. Так вот. В древние времена миром правила магия, и могло случиться все, что угодно - мир еще не привел себя в порядок, не понял каково это - работать как часы. Неотъемлемой частью мира являлся и Разум, и тогда все живое было разумным. Постепенно мир становился более… Правильным. Магия уходила, чудеса исчезали. В начале мир был наполнен Тьмой, но не просто отсутствием света. Тьма была оттого, что мир был заполнен чудесами. Он был заполнен чудесами настолько плотно, что чудеса теснились по всему пространству бытия, и бурлящий Абсолют порождал все формы возможностей. Тьма - это не просто отсутствие света, это Чувство самого Рождения. Чудовища рассказали мне, как постепенно все их многообразие сокращалось, и остались способными жить только те, что создавали подобных себе, пристраиваясь к новорожденному Порядку. Вселенная стремится от первородного хаоса к порядку, где нет места чудесам, только точность и законы.

Так вот. Когда-то среди всего этого были порождены и Дети Порядка - люди. Им было очень тяжело. Они были слабы. Однако их слабенькие мозги начали подчинять круговерть оригинальности, и облекать ее в Привычность. Даже если это Война, даже если это Бог, даже если это Магия - все это становится в головах людей Стандартом. Люди стали способны выживать в этом мире, потому что подчинили его разумом, сделали его безопасным и эффективным. Теперь я вижу, как люди становятся хозяевами реальности, как они восстают из грязи, чтобы властвовать над миром. Магии больше нет. ТОЙ магии, конечно. Однако у людей есть своя "магия", ибо окружающая действительность стала полным отражением их внутреннего механизма мировосприятия…

Человек слушал лису, и пытался понять, о чем она говорит, но лишь ощутил трепет где-то в глубине души - как будто все, что говорила Лиса было знакомо ему. Но непонятно. В конце концов, он же был простым парнем из деревни. Он помогал отцу пахать пшеничное поле, он помогал охотиться на кабана, он ловил рыбу… Он делал все то, что делает обычный человек, чтобы жить, и не понимал, как он может быть тем, кто властвует над реальностью.
…Лисы тоже изначально были существами мифическими. Чудовища рассказали мне, что изначально все лисы были способны принимать форму людей, однако в конце концов потеряли эту возможность и стали обычными животными. Закон, по которому лиса, дожившая до тысячи лет, награждалась человеческой формой, возможно действовал и до сих пор. Однако никакая лиса в наше время уже не способна была дожить хотя бы до сотни лет, а очень скоро возможность проверить этот закон исчезнет. Люди превратили бы это в сказку, в древнюю байку, которой нет места среди разумной жизни. Так и случилось однажды. Но я получила свою человеческую форму.

Одно из чудищ рассказало мне, что где-то под водопадом, в райском уголке к западу от текущего моего местоположения находится осколок Древней Магии, последний в своем роде, либо один из последних. Чудище сказало, что я могу взять его, чтобы обрести Силу на какое-то время - Осколок все равно скоро растает, и чудный оазис умрет. То место существует только за счет этого Осколка. И я отправилась туда.
Как оказалось, "Райский Уголок" - это целый мир со своими удивительными существами, огромными деревьями и волшебными народами. Осколок звал меня - я слышала, что он ожидает того, кто заберет его в последний путь. Сама Реальность была живой в те времена. Когда я нашла его, он рассказал мне удивительные вещи. Его звали Арликс, и был он похож на большой темно-фиолетовый банан с примесью Крови Богов. Он сказал, что его силой этот мир внутри мира еще удерживается, но он хочет перед смертью своей посмотреть мир, пока не растворится вместе с последними крохами Магии. И когда это случится - чудесная долина будет уничтожена Ветром Перемен, и занесена Песком Времени, ибо на самом деле место до жути к жизни непригодное. Пока я ношу его в сердце своем, Арликс будет поддерживать этот "Райский Уголок", где бы мы ни были. Он пообещал исполнить мою мечту, и дать мне возможность становиться человеком, и иногда защищать меня, чтобы мы оба не погибли. Но не более - ибо ему еще нужны были силы, чтобы постепенно и безопасно растворить этот кусок красоты в окружающем мире - я про его чудесную долину, конечно же. Я согласилась, и тогда Арликс наполнил меня магией.
На этом приключения моей жизни только начинаются.

Когда-то давно… Я познала не только магию мира, но и магию любви. История это долгая, но постараюсь я рассказать ее покороче. Начиналось все так: немного к востоку от Сада Арликс возникла цивилизация людей. С тех пор много воды утекло, магия уходила, а люди все появлялись. Конечно, та цивилизация пережила немало подъемов и спадов, но существует она и по сей день, и развивается без остановки. По сравнению с тем, сколько я прожила, эта история произошла буквально недавно - всего тысячу лет назад. Легенды еще были живы. В частности, у них была легенда про обезьяно-человека, одаренного богами, и свиночеловека который вовсе был сам один из Богов, но случайно воплотился в поросенке. К тому моменту вся эта когорта, конечно же, передохла - легенды так долго не живут. Однако я была осторожна, а Арликс умирал не так быстро. И вот прослыла я величайшей на всю Империю воровкой, и никто лица моего не знал. Путь не самый благородный, но всяко лучше, чем воровать сердца. И замахнулась я на сами богатства Императора. Но он оказался умнее, чем я думала, и организовал защиту даже от таких, как я. Схватили меня как надо, даже превращение в лису не сработало. Оказалось, на него работали волшебники и предсказатели. И вот предстала я пред очами императора, и смотрел он на меня, и смотрела на него я. И… Нет, не отпустил он меня. Я, конечно, понравилась ему, но у него семья, дети, и прочая муть. Но посадил он меня в темницу достаточно комфортную, и заглядывал иногда. Разговаривал. Я рассказывала ему сказки. Кажется, были такие сказки - о девушках, которых короли заточали, и слушали их рассказы. Вот и я в такое положение попала.

В итоге просидела я там почти год, но душа моя просилась на волю, не могла в заточении жить. И попросила я у него свободы, и согласился он отпустить меня. Но при условии, что оставлю я ему часть себя, чтобы смог он потом найти меня. При случае. Я оставила ему несколько своих волос, которые он видимо хранил бережно. Ибо нашел он меня потом, будучи уже в глубокой старости. Жена умерла, дети сами за собой следить могли. Да чего уж там - они уже империей руководили! И тогда он нашел меня, и рассказал все - что понравилась я ему с самого начала, и что не потерял он чувства за всю свою долгую жизнь. Ну, над частью про долгую жизнь я посмеялась, греха таить незачем. Но все же и он приглянулся мне. Эх… Император мой милый.

Я упросила Арликс помочь нам, и сказал нам, что единственной платой за все будет терпение - терпеть и ждать придется доооооооолгие годы. И я, и император согласились. И тогда он сделал так, что один из родившихся в момент смерти императора будет иметь душу моего любимого. Так и случилось. Сразу же. Не успела вдохнуть, а этот замертво и упал. И тогда я стала ждать. На этом история любви моей только начинается. Жила я долго, бегала по всей империи. Ждала. И искала. Все также подворовывала, жила в свое удовольствие. Однажды стало так скучно, так тоскливо, что решилась на ужасный поступок. Да нет же, не на смерть, ну что ты. Снова цапнуть что-нибудь из дворца императора, конечно же. И когда я это сделала, меня опять ловить начали. Но на этот раз я учла все, хотя и шуму подняла немало. И вот когда я сбегала, меня окликнул ОН. Как оказалось потом, он родился у собственного сына в сыновьях. Вот что значит, почитай родителей своих! Можешь оказаться их детьми! Или типа того, не помню что у них там с этой сыновьей почтительностью.

Я все же сбежала тогда, но начала принюхиваться и ошиваться вокруг дворца. Однажды мы смогли встретиться, и поговорить обо всем. Оставалось потерпеть еще немного. Но прошло с тех пор десять лет, прежде чем взошел он на престол, и прежде чем мы смогли официально жить вместе. До тех пор, мы каждую ночь встречались под луной. Мне хватало мастерства забираться к нему на балкон, и он встречал меня теплыми объятиями и горячим дыханием. Эта любовь была перенесена сквозь жизнь… И не одну. После того, как мы поженились, точнее после того как я стала официально его главной наложницей - жена у него официально все равно была другая, из дворянских кровей. Ну нельзя было иначе! После этого мы прожили еще ни много ни мало - 50 лет. И он постарел. А я нет. Я все еще жила как хотела, была юной и красивой. И тогда захотели мы побыть вместе еще капельку. Еще чуть-чуть. И тогда мы собрались в путь.

Жена его снова умерла, а новые дети отпустили с миром. Под торжественные крики толпы мы ушли. Чем дальше уходили мы из города, тем меньше рукоплескали нам, тем меньше людей вообще могли узнать нас. В итоге, однажды мы стали просто странниками, совершенно обычными и неприметными людьми, что идут куда-то далеко. А мы шли на юг, в Туманные Горы. Там, по преданиям древним, была священная гора, куда иногда заглядывали Боги. Раньше они, конечно, смотрели на весь мир, но позже для каждого государства остались свои Боги, а после и те исчезли потихоньку. Через три года путешествий, невзгод и удивительных открытий мы добрались до горы, где стали молиться. Мы молились, стоя на коленях, мы молились три дня и три ночи, и чуть не погибли от жажды. Тела наши болели ужасно. Тут с небес полился ослепительный свет, и мы оказались рождены в двух крестьянских семьях в соседних домах. Мы снова были вместе, прошедшие сквозь смерть дважды. Я потеряла возможность быть лисой. Мы росли, и как дети мы дружили, а как молодые - уже справляли свадьбу. Мы прожили в любви и тяжком труде еще 50 лет, пока наконец мой любимый не заболел. Болел он тяжко, и было понятно - не выживет. Хотела с ним отправиться, сидела, маялась. Тут пришел странный человек, черный человек. Душа его черна была. Но не было в ней зла - то был Арликс, что растекся по венам. Сказал Арликс, что настало снова мое время носить его в сердце своем, а муж мой, уже три жизни как муж, должен отправиться дальше. Мое же время еще не пришло. Как только сказал он это, человек с черной душой рассыпался в белый пепел, а я снова была награждена возможностью быть и человеком, и лисой. И Арликс со мной был. Муж мой увидел все это, прошептал мне слова любви, и испустил дух.

Просидела я в печали еще недели две, и отправилась в странствие, оставив дом нашим детям. А ты как думал! Конечно мы детишек нарожали! Ничем от обычных людей не отличались. А я постепенно молодела, молодела. Но Арликс был не вечен. Постепенно его огонь угас, и я превратилась обратно в лису, и теперь доживаю свой век. Миллениум. А на том месте, кстати, где был его Сад, там теперь пустыня великая, ибо без его магии тот край лишился всяческой жизни. На этом окончен мой рассказ, а мы подошли к деревне.


Часть 3: "Мы похоронили все сказки".
Человек смотрел в крынку с молоком. Отчего-то он вздыхал.

-Меня зовут Энкип.

Энкип продолжил смотреть в крынку с молоком, и задумчиво вздохнул.

На его заднем дворе два дня назад была похоронена лиса.

Две недели назад он накормил ее курицей, но она не ушла никуда. Легла на его дворе и лежала, пока не уснула вечным сном.

Энкип продолжал расти, работать, помогать родителям. И глубоко задумался.

Нужна ли ему эта Моирса? Будет ли их любовь… Настоящей, как у лисы с императором? Или нет больше такой… Неправдоподобно великой любви, ибо любовь - тоже магия? В чем вообще назначение людей? Что это за таинственный "порядок", который люди устроили своими головами на Земле бренной?


Энкип молчал. Моирса озадаченно смотрела на то, как ее гость пьет и молча смотрит вокруг. Отца Моирсы нигде не было видно, и почему то на этот раз ее этот факт тревожил. Человек напротив нее нисколько не боялся ее или ее острого языка. Он просто пришел к ней в гости. И что бы она ни говорила - он просто зашел и сел за стол. Она дала ему поесть - и он поел. Она дала ему попить - и он выпил все, что она ему дала. Теперь она сидела и смотрела на него с чувством, что что-то совершенно не так, как должно быть. Пока она смотрела на нее, ее глаза покрылись глазурью задумчивости, а его глаза и вовсе не показывались из омута глубоких дум. Но внезапно он посмотрел на нее. Пристально. Внимательно. Он посмотрел на нее, встал, и молча вышел.
Энкип ушел.

Моирса осталась сидеть за столом, не выходя из удивленного состояния. Однако медленно, словно неожиданно и нежелательно оживший кисель, удивление перетекло в фрустрацию. Она была поражена тем, что произошло только что. К ней пришел именно такой человек, который был способен совладать с ней, однако… Она не была нужна ему. Она могла постоять за себя, она могла подмять под себя любого мужчину. Однако надо ли ей это? Нужны ли ей мужчины, в качестве игрушек, в качестве мужей? Что ей вообще нужно от этой жизни? Моирса вздохнула, и впервые задумалась о том, кто она такая и зачем живет.

Шестерни настоящей магии зашевелились в ее голове.

Шестерни осознания собственной сущности.


Если бы можно было наблюдать планету сквозь годы, и наблюдать не развитие жизни или что-либо еще, а то, как разум - истинный разум - возникает и распространяется по планете - можно было бы увидеть множество маленьких пятнышек, что зажигались то тут, то там. Сегодня одно из таких пятнышек зажглось в глухой деревне на севере континента, который еще не имел названия.


Энкип вышел из дома. Он выдохнул, и капельки пара устроили побег из его легких на холодный воздух, тут же превращаясь в микроскопические снежинки. Тьма упала черным чугуном на деревню, и лишь островки света, недовольно выползающего из окон домов, проявляли буйство сверкающего снега. Энкип глядел на небо, полное звезд. Он думал обо всем, что произошло за эти полгода. О Лисе, что обрела свой покой. О Моирсе, чье беспокойство только начиналось. И о Вселенной, чей голос был голосом сотен тысяч человеческих и не очень умов. О Вселенной, что звучала единым хором нот, составляющих Порядок Бытия. Энкип воздел руки к звездам, и усмехнулся. Он принял решение.

Мир услышал его, как если бы Энкип был миром.

И дух его узрел себя витающим среди бесконечного океана звезд.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License