Криптоистория мира А-24

Основная часть современного аномального мира сформировалась в странах Запада, и здесь указано то, что прямо относится к её развитию.


В начале VIII века Омейяды захватили Пиренейский полуостров, принеся туда достижения арабских наук, включая алхимию, хотя последняя практически не развивалась целых полтысячелетия. К этому периоду относятся самые ранние из найденных Альянсом документов, вероятно связанных с таинственной древней организацией, известной как Церковь, которая незримо руководила всеми основными религиями планеты.


В начале XII века начался резкий взлёт натурфилософии. Возникла научная литература на латыни, ограничивавшаяся, однако, переводами с древнегреческого и арабского. Вскоре появилась идея того, что природа подчиняется определённым законам, и человек может их постичь с помощью своего разума. Тогда же ранняя схоластика, смесь науки, философии и теологии, стала переходить на качественно новый уровень.


В начале XIII века оформились два крайне важных католических ордена - доминиканский, ознакомивший европейцев с трудами Аристотеля и упорядочивший алхимию, а также францисканский, прежде всего религиозный, но не менее серьёзно продвигавший науку. Это было время великих философско-теологических энциклопедий, зарождения средней схоластики, отделения натурфилософии от богословия и смещения алхимии на более научную основу. Многие работы продвигали пантеистическую картину мира, которая, однако, осуждалась как ересь. Для контроля этих и других подобных ситуаций была учреждена инквизиция - с ней связаны первые доказанно относящиеся к Церкви документы.

Середина XIII века ознаменовалась объединением всех оккультных наук в одно философское миросозерцание. Магии тоже придали характер науки, выдвинули идею квинтэссенции как души Вселенной, определили законы симпатии и антипатии. Всё это было направлено на то, чтобы дать естественное объяснение многим чудесным явлениям, окружавшим человеческую жизнь. Попытки, впрочем, были не особенно удачны и нередко даже мешали понять истину, но всё же продолжались. Также в этот период был сформирован Орден священной истории, который считается первой секретной организацией Европы, посвятившей себя поискам необычных артефактов и знаний для последующего хранения.

К исходу XIII века выдающиеся умы, такие как Альберт Великий и Роджер Бэкон, чрезвычайно обогатили европейскую алхимию. От простого перевода восточных текстов она наконец перешла к собственным энциклопедиям и экспериментам, вскоре став довольно структурированной системой сложных верований. Еретические течения активно подавлялись, и в кострах сгинуло множество трактатов - но, по иронии, именно с этим связан стремительный расцвет новых смелых работ. Дело в том, что учение Аристотеля из двигателя прогресса начало становиться его тормозом, а искоренялось преимущественно оно. С другой стороны, алхимики стали зашифровывать свои особые тексты от непосвящённых.


В начале XIV века становление науки и натурфилософии вновь ускорилось. Возникли логика, иррационалистичная метафизика и полноценная средняя схоластика. Алхимия, сосредоточившись на получении философского камня, энергично проникала в медицину, металлургию, горное дело, а учёные охотно поддерживали её. На фоне их удивительных открытий казалось, будто алхимики уже достигли своей главной цели, что породило множество шарлатанов. Тогда сперва Италия, где начался Ренессанс, а затем остальные страны стали принимать законы о запрете различных алхимических занятий, хотя в целом эта паранаука осталась популярной, сравнительно открытой и стремительно развивающейся.

Середина XIV века была для алхимии неоднозначным временем. Она наконец стала доступна не только для латиноговорящих церковников и учёных, а кроме того, Николас Фламель систематизировал её знания, кроме самых секретных. Но с другой стороны, если раньше её считали наукой, дискутируя о выдвинутых теориях, то теперь сосредоточились на самих алхимиках, публично выставляя их как мошенников и воров.

К исходу XIV века началось возрождение идей об иных мирах, космической пустоте, атомизме и других подобных идеях. Стремясь удержать статус науки, натурфилософия стала гораздо более математической дисциплиной и продолжила приносить урожай. Параллельно развивались магия и иррационализм, а мистика окончательно отделилась от теологии. Но, несмотря на такое деление, наука и магия часто переплетались.


В начале XV века Возрождение наступило окончательно. Появилось множество новых направлений натурфилософии, и теперь маги постигали тайны природы, дабы подивиться делам Бога, вдохновиться на более ревностное его почитание. Большое уважение к запретным искусствам испытывали как мещане, так и знать, однако законы зачастую были против этого. Так, в Англии запретили заниматься умножением металлов и некоторыми другими работами, хотя можно было купить лицензию на изготовление золота. Кроме того, от алхимического сообщества тогда же отделилось научное, которое приняло новую базовую идею - рациональное эмпирическое исследование, не скованное рамками догматов.

Середина XV века была одним из ключевых этапов развития алхимии, которая соединилась с магией, астрологией и христианской каббалой в более широкий оккультный герметизм. Она всё так же проникала в практические науки и искала философский камень, но Парацельс сместил её главные цели от простого творения золота на более полное постижение общей гармонии бытия - прежде всего микрокосма с макрокосмом.

К исходу XV века работы Гермеса Трисмегиста и Платона наконец перевели на латынь, благодаря чему в Европе впервые появилась единая теория алхимии. Обретя новейшие возможности, эта паранаука переориентировалась на восприятие человечества как алхимического сосуда и всё дальше уходила от физики в область чистой магии. Ей удалось совершить ряд прорывных открытий, но в то же самое время появилась серьёзная опасность - инквизицию возглавил Томас де Торквемада, а охота на ведьм стремительно расцвела. Прежде единый мир распался на обычный и аномальный. Всё, что Церковь отнесла к последнему, жестоко искореняли, и многие адепты тайных искусств начали уходить в подполье, унося с собою знания, артефакты, странных существ. На их счастье, как раз началась эпоха Великих географических открытий, и те сообщества, которым не нашлось места в Европе, обрели дом за её границами. Конечно, многие оккультисты, чьи занятия не были особо интересными, избежали преследования, но лучшим пришлось ютиться в анклавах, раскиданных по труднодоступным местам. Обычно таким поселениям для продолжения работы требовались соседские ресурсы, и всем было крайне важно следить за новостями. Для решения обеих проблем они выбирали среди своих жителей того, кто имел навыки купца или дипломата, а также владел древним искусством сверхбыстрого незаметного перемещения на сотни километров. Однако гонцы часто погибали или попадали в плен, а анклавы разрушались, поэтому, даже несмотря на неплохо налаженную связь, мир сверхъестественного стремительно увядал. Средневековье кончилось, наступило Новое время.


В начале XVI века облик Европы резко изменился. Обычный, разрешённый Церковью мир начал переходить к гелиоцентризму, пренебрегать древними знаниями и встал на рельсы рациональной науки - точнее, механицизма, видя природу как строгую, очень простую в своей основе математическую систему, хотя имел весьма алхимические представления о структуре материи. Сама же алхимия медленно угасала, так как её лучшие умы были вынуждены прятаться. Параллельно с этим тайные гонцы настолько поднаторели в своём деле, что из просто полезного навыка оно стало их основной работой, и появилась новая полноценная профессия - так называемые меркурии. По всей Европе и даже за её пределами появлялись особые постоялые дворы, где они могли отдохнуть, спрятаться от погони или заключить сложную сделку. Постепенно связь между автономными поселениями оккультистов, которые прежде общались только с несколькими соседями, стала настолько активной и сложной, что все они могли рассматриваться как единое сообщество. А её первым руководством, пусть неофициальным, но уже имеющим полноценную власть, стали меркурии - именно от их решений зависели успехи и сама жизнь анклавов. Кроме того, многие постоялые дворы этих супергонцов превратились в торговые, дипломатические и другие гильдии со своими внутренними наборами правил. Некоторые вообще целиком переключились на политику - каждый анклав, связанный с таким центром, отправлял туда человека, образуя своего рода парламент или совет старейшин. Именовались они по расположению - так, одной из крупнейших была Ваттенвильская гильдия. Им удавалось бороться с хаосом, царящим в оккультном мире, и при этом они становились довольно структурированными организациями, создавая высшие советы уже из тех меркуриев, которые от своего лица могли говорить сразу за всю свою гильдию. Они также помогали аномальщикам скрываться от инквизиции, вливаться в сообщество, и начали распространять своё влияние на другие материки, где находили множество ценных ресурсов.

Середина XVI века принесла ещё более заметные перемены. Прежде всего, труды Николая Коперника и Андреаса Везалия положили начало научной революции. Основной целью науки провозгласили подчинение и использование природы, Фрэнсис Бэкон теоретически обосновал её новые методики, а с другой стороны Корнелий Агриппа структурировал магию как учение о взаимосвязи всех вещей. Но в тот же период был создан список запрещённых книг, от которого очень пострадали как наука, так и оккультизм, хотя это помогло отбросить старые догматы, без которых прогресс пошёл быстрее. Тем временем секретное сообщество мистиков и параучёных окончательно объединилось. Началось всё с того, что среди меркуриев стали выделяться талантливые лидеры, которые не просто передавали известия, а плели свои интриги, направляя мысли и действия анклавов в нужное им русло. Чтобы управлять разросшейся паутиной заговора, выходящей из-под контроля и постепенно распадающейся, требовалась единая идеология, для чего был придуман элимитизм. Аномальщики с удовольствием приняли идею того, что они - элита исследователей, а остальные недостойны великих знаний, раз искореняли их. На этой основе сформировалась уже полноценная система оккультных сообществ, Иллюминаты в своём исконном значении. Как и прежде, это были многочисленные анклавы, занятые той или иной специализированной работой и связанные сетью меркуриев в локальные союзы, которыми управлял центральный совет гильдий. Точная структура этого сверхсоюза неизвестна, поскольку он оставлял как можно больше дезинформации. Также есть основания подозревать, что в список его руководителей вошла Церковь, которая даже могла затеять всё это для своих неведомых целей. Среди куда менее амбициозных организаций были как старые, прежде всего Код Миллениум, до того скрывавшийся даже от аномальщиков, так и множество новых, которые эволюционировали из мелких анклавов, например Скульпторы жизни. Некоторые из них пришли к идеям, отчасти похожим на трансгуманизм.

К исходу XVI века под вопрос были поставлены самые основы средневекового мировоззрения. Появились первые ростки современной науки и экспериментальное естествознание, но также куда более причудливые гипотезы - к примеру, мысли Франческо Патрици о том, что планеты являются живыми существами, а Бог находится за пределами материальной части бесконечного космоса. Алхимию стремились примирить с христианством, а знать охотно нанимала её мастеров для практических задач, от медицины до производства золота. Иллюминаты осторожно влияли на происходящее и в качестве одного из посредников организовали ранние истоки масонства. Гильдии меркуриев процветали, часто полностью переключаясь на шпионаж, заказные убийства и другие нестандартные работы. Семимильными шагами шло освоение Америки, и тайные общества активно перебирались туда, дабы заявить права на новые земли или успеть сохранить местные аномалии. Кроме того, в тот период появился трактат Зигмунда Аккера, и оккультистам удалось спасти несколько этих книг, откуда они узнали о множестве полезнейших особых технологий. Одной из наиболее ценных оказались основы рунологии, на основе которой Иллюминаты начали изобретать, а чуть позже внедрять аналог радио. И, хотя меркурии волновались, что останутся без работы, они всё ещё были чрезвычайно востребованы как курьеры.


В начале XVII века механицизм стал главенствующей системой взглядов неаномального мира. Активно развивались математика, инженерное дело, физика, биология, астрономия, науки о Земле, появилась первая подводная лодка, и европейцы даже стали думать про путешествия к другим небесным телам. Произошла очередная научная революция, оккультизм стали чётко противопоставлять науке - и натурфилософия за пределами затаившегося сообщества Иллюминатов практически погибла, а алхимия до самого конца столетия ушла от материальных задач к призыву ангелов посредством философского камня. Аномальщики же, напротив, ударились в мистические практики и начали стремительно развивать теории духовного, алхимического или, намного реже, биологического совершенствования человека. Иные даже пытались донести свои теории до обычного мира - их главным успехом стало появление ордена розенкрейцеров, которые искали ответы на загадки физической и духовной граней бытия в древних тайных знаниях, а целью ставили всемирную реформацию человечества, причём не только религиозную.

Середина XVII века ещё сильнее укрепила механистические идеи и науку в целом. Учёные обычного мира образовали единое сообщество и создали множество влиятельных академий. Теория подводного плавания продолжала совершенствоваться. Возникли первые механические калькуляторы, прежде всего авторства Вильгельма Шиккарда и Блеза Паскаля, хотя оба этих проекта едва не провалились. За их возможной неудачей стояли огромные силы, влияющие на неаномальную цивилизацию из-за кулис. Хотя среди Иллюминатов царили более мистические настроения, многие из них всё же перешли на механицизм, и маги, беспокоясь, пытались дискредитировать его. Однако они не преуспели, и в сообществе появились десятки паранаучных организаций нового, строго рационального типа. Самой могущественной среди них был очень амбициозный и сказочно богатый Орден Зевса, изначально одно из обществ, которые не позволяли внешнему миру узнать о существовании аномалий, а затем - главный борец со сверхъестественными опасностями. Он на дух не выносил религию, даже назвался в честь греческого бога как противопоставление Риму с его Ватиканом, и своей задачей, помимо сохранения естественного вселенского порядка, провозгласил создание особой машины, которую будет невозможно отличить от разумного чувствующего существа. Эта механическая душа должна была стать наглядным доказательством того, что нигде нет ничего магического или сакрального, всё подчиняется одним и тем же простым чётким математическим законам. Его вклад в науку и технику Иллюминатов был поистине неоценим, хотя он часто переоценивал свои силы. Среди его первых достижений особенно ярко выделяется проект по строительству гигантских подземных убежищ на основе природных пещер, где аномальщики могли надёжно укрыться от врагов. Впрочем, охота на ведьм к тому времени почти прекратилась, а работа потребовала такой широкой инфраструктуры, что слухи о ней достигли обычного мира, не без помощи цензуры эволюционировав в гипотезу о полой Земле или ещё более фантастические мысли. Кроме того, благодаря трансгуманистическим трудам других организаций меркурии достигли пика своего развития, хотя высокое качество пагубно повлияло на их количество. Проще говоря, Иллюминатам теперь требовалось значительно меньше суперскороходов, а их тренировки стали настолько суровыми, что для абсолютного большинства данная профессия стала слишком элитной.

К исходу XVII века стараниями Исаака Ньютона был создан теоретический фундамент классической физики и даже космонавтики. Почти весь неаномальный мир отчётливо нацелился на покорение небес, а Иллюминаты, маскируясь за ложными идеями о полой Земле, перебирались в глубины планеты, под землю и воду. Механические вычислители и иные машины, созданные Орденом Зевса как побочный продукт, помогли им весьма быстро построить десятки надёжных сверхглубоких бункеров. Выгоднее оказалось создавать немногочисленные, но полноценные города, а не сотни мелких поселений, поэтому тайные сообщества начали селиться там гораздо теснее, чем когда бы то ни было прежде. Это позволило им наладить куда более плодотворное сотрудничество, стимулировало делиться своими тайными знаниями, однако также привело к нарастанию конфликтов по нескольким причинам. Прежде всего, каждую организацию поддерживало множество других, но ни один бункер не мог вместить всю эту сеть, а удобное сообщение между ними только предстояло наладить. Кроме того, если раньше сообщества с прямо противоположными идеологиями могли не пересекаться, то теперь, живя возле общего союзника, постоянно испытывали дискомфорт, вплоть до вооружённых столкновений. Наконец, многие просто не привыкли к замкнутой среде. Старые союзы и общества всё чаще распадались, а из их остатков вырастали новые, например гильдия картерианцев. Меркурии бросили все силы на улаживание разногласий, но те продолжали неуклонно нарастать. На поверхности было спокойнее, хотя важнейшие лаборатории и производственные центры уже переместились в недра планеты, а из обычного мира стремительно исчезали последние натурфилософы-прожектёры, уступая рациональной науке. Однако, несмотря на множество бед, это было время наивысшего расцвета Иллюминатов, когда они сделали больше открытий, чем за всю минувшую историю.


В начале XVIII века появились первые научные премии, программируемый ткацкий станок, новые виды транспорта. Иллюминаты сорвали ещё несколько проектов подлодок, чтобы сохранить тайну своих океанических баз, а тем временем возникли первые идеи о дирижаблях. Научное общество осуждало алхимию, чётко отделяя её от химии - однако та, несмотря на чрезвычайный упадок, именно тогда достигла пика своего развития в плане разнообразия теорий и заявленных результатов. Настала эпоха Просвещения, и аномальный мир не остался в стороне, как минимум технологически. Хотя у Ордена Зевса не получалось изготовить полноценный мыслящий механизм, он изобрёл более примитивные устройства, известные как креативные машины. Они мало напоминали компьютеры, поскольку работали не с числами и плохо подходили для точных математических операций, зато могли отвечать на абстрактные вопросы, планировать военные действия, а токарные станки под таким управлением сами решали, как лучше выточить или даже усовершенствовать деталь. Рунологические системы дальней связи также активно развивались и обретали новые функции. Иллюминаты всё больше проникали в обычный мир, появились масоны и другие не очень секретные организации самого разного толка. Но распри среди аномальщиков нарастали с каждым годом, теперь ещё и потому, что параучёные быстро набирали популярность, а мистики теряли, однако желали вернуть влияние - если не своими успехами, то падением оппонентов. Напряжение вскоре достигло максимума, почти все организации примкнули к научному или духовному лагерю - и началась Война Раскола, невообразимо жестокое, беспорядочное, масштабное побоище двух плохо структурированных, однако великолепно вооружённых армий. Тайные поселения рушились одно за другим, но до обычного мира редко долетали даже отголоски подземных и подводных битв. Их пережили всего несколько старых организаций, а остальные сгинули без следа или переродились в совершенно другие. Некоторые, такие как Панзоон, вообще взялись непонятно откуда, будто пришли из иных вселенных. Из руин единого сверхсоюза поднялись два новых - полностью научная Эгида, которой руководил всё ещё могущественный Орден Зевса, и духовно-магическая Священная Коалиция под властью Церкви, вновь ушедшей в тень.

Середина XVIII века абсолютно по-разному прошла для обычного и аномального миров. В первом начались активная популяризация науки и промышленная революция, научные премии стали действительно серьёзной наградой, вновь набрали популярность теории о полой Земле, а астрономы впервые заметили загадочный космический объект неясной природы. Хотя алхимия, вернувшаяся к созданию золота, уже никому не казалась работоспособной, у европейцев опять появились идеи об улучшении человека, его возвращения в Божественное через молитвы и духовное просветление. Однако более тайные организации весь этот период зализывали раны, и если раньше были авангардом прогресса в самых разных областях, то теперь целиком сосредоточились на стабильности, сохранении порядка. Гильдии меркуриев исчезли, и многие секреты их мастерства были забыты за ненадобностью - каждый анклав, вернувшийся на поверхность планеты, был очень замкнут. Бункеры с уцелевшими системами жизнеобеспечения применялись лишь как склады аномалий или убежища на самый крайний случай. Организации в составе огромной Священной Коалиции жили фактически без единого контроля и занимались своими делами. Эгида объединилась гораздо крепче, в основном благодаря меньшему размеру, но уже не делала практически ничего нового. Но в ней всё ещё оставались инициативные учёные, изобретатели, агенты, и вот внутри Ордена Зевса зародилось ядро, вокруг которого стали стремительно объединяться те, кто хотели посвятить жизнь более интересным делам. Через пару лет концерн «Афина» отделился от него и стал полностью автономным сообществом с огромными планами. Он прогнозировал, что обычный мир совсем скоро построит летательные аппараты, и тогда аномальщики будут быстро разоблачены, но ещё можно восстановить глубинные города. Энтузиастов было много, и молодая организация обретала всё больше власти.

На исходе XVIII века Эгида превратилась в Протекторат Афины, изобрела сверхмощные подземоходы и от ремонта старых убежищ перешла к созданию новых, полностью рукотворных, с геотермальными системами. Проектов было много - ещё глубже уйти в земную кору, например под морское дно, выкопать пещеры внутри наземных и подводных гор, или же поставить купола посреди абиссальной зоны океана. Сначала они получали примерно одинаковое финансирование, но к концу столетия ресурсов перестало хватать, и последний вариант был свёрнут как наименее удачный. После этого многообещающие подлодки обычного мира перестали тонуть на первых испытаниях. Кроме того, в то время действительно возникли и быстро пришли к успеху различные воздушные шары, а также началось развитие систем дальней связи, таких как примитивные телеграфы и семафоры. Также популярность набирали месмеризм и другие паранаучные области. На сцену неожиданно вышло общество баварских иллюминатов, созданное, вероятно, кем-то из Священной Коалиции одновременно для распространения своих взглядов и надёжной дезинформации. Конспирологи вскоре заговорили о его тайных делах, однако ошибочно считали Иллюминатов одной конкретной организацией, а не сразу всем аномальным миром. Оккультисты же тем временем массово перебирались в недра планеты, где снова могли заниматься смелыми опытами, и, хотя мистики вновь начали конкурировать с параучёными, все были слишком заняты для развития вражды.


В начале XIX века учёными стали называть не просто тех, кто хорошо образован, а представителей конкретной серьёзной профессии, которая стремительно развивалась и набирала престиж. Наука стала современной, атеистичной, всё сильнее влияла на жизнь государств, от быта до политики, сложились её основные институты и появились доселе невиданные возможности - например, Чарльз Бэббидж занялся разработкой настоящего механического компьютера. После открытия Антарктиды европейцы ещё больше заинтересовались идеями полой Земли, которая теперь представлялась им набором обитаемых оболочек с проходами на полюсах. Для проверки этих теорий многие энтузиасты планировали масштабные экспедиции, но, разумеется, ни одна так и не достигла цели, если вообще состоялась. Однако в остальном тайные организации были на стороне обычного мира и начинали всё активнее выходить из тени, аккуратно подготавливая почву для принятия новых взглядов. Им это было нужно потому, что Война Раскола унесла жизни слишком многих мастеров, а аномальное сообщество пускало к себе лишь тех, кто сами находили его и обладали определённым складом ума. Словом, оно перестраивало цивилизацию так, чтобы в ней появлялось как можно больше подходящих кандидатов. Первым делом аномальщики вызвали у обывателей новый интерес к просветлению и духовной алхимии, а также подготовили почву для внедрения различных паранаучных концепций вроде телепатии или торсионных полей. Многие такие идеи были заведомо ложными, но достаточно внимательные и сообразительные личности успешно разгадывали намёки. У самих аномальщиков тоже с большой скоростью шёл исследовательский прогресс - когда Орден Зевса распался, его ресурсами воспользовались новые перспективные трансциентисты, и даже участники Священной Коалиции, сосредоточенные лишь на своих целях, всё чаще пользовались помощью соседей.

Середина XIX века скорее продолжила эти тенденции, чем принесла что-то новое. Герметический орден «Золотая заря» быстро стал одной из важнейших организаций между заурядным и аномальным мирами - он практиковал теургию, магию, алхимию, поощрял духовный рост своих адептов, а в перспективе мог бы реализовать настоящие трансгуманистические программы. Пышно расцвели спиритизм и другие магические или мистические направления. Параллельно с ними быстро развивались телеграфы, появились первые идеи радиосвязи, а в небо поднялись дирижабли и планёры. Аномальщики по-прежнему жили в глубинных городах, где негде летать, поэтому не интересовались авиацией, хотя с помощью новейших технологий Протекторат Афины запустил свой первый искусственный спутник. Обрывки этих новостей, неясным образом дошедшие до обычного мира, эволюционировали в романы Жюля Верна о путешествиях к центру Земли и на Луну, а также идею корехизма.

На исходе XIX века стремительно началась эпоха аэропланов, появились цеппелины, прототипы вертолётов и полные теории космонавтики, а также быстро развилась радиосвязь, став доступной каждому. Столь же пышно расцветал оккультизм, который был представлен как высшая форма познания, призванная объединить плоды обычных наук для понимания природы всех секретов реальности. Предпринимались попытки возродить старую натурфилософию в виде паранауки. Популярность обрели новые идеи возвращения человека к божественному состоянию и, ненадолго, спиритуализм. Возникла настоящая научная фантастика. Аномальный мир всё активнее готовил площадку для триумфального выхода из тени, всерьёз планируя объединиться с академической наукой, хотя по-прежнему не спешил раскрывать себя. Связано это было прежде всего с тем, что обыватели весьма неоднозначно принимали знания. На одного завербованного исследователя обычно приходились многие тысячи тех, кто верили всему подряд, не пытаясь проверить странные утверждения, или использовали новые открытия в совершенно недостойных целях. Например, тихая Германия на волне технического и экономического роста стала готовиться к мировой экспансии. Кроме того, сверхсоюзы соперничали и скрывали многие знания даже от других аномальщиков. Среди прочего, Священная Коалиция разработала методику путешествия разума по Вселенной отдельно от тела, тем самым отобрав у Протектората Афины инициативу исследования космоса.


В начале XX века произошла величайшая научная революция за всю историю науки как таковой. Благодаря работам Альберта Эйнштейна и других выдающихся учёных возникли такие концепции, как искажения пространства-времени, релятивизм, квантовая механика. Раньше для описания мира хватало простых и понятных теорий классической физики, но теперь всем стало очевидно - реальность устроена совершенно не так, как кажется человеку. Механицизм исчез, и вскоре аномальщики признали остальной мир достаточно повзрослевшим, чтобы к нему можно было выйти с обнародованием других подобных открытий. От тысяч премий и всемирной славы их отделяло только влияние лидеров сверхсоюзов, которые продолжали хранить тайну по трём основным причинам. Секретные общества уже достигли таких размеров и уровня развития, что по сути превратились в полноценные новые цивилизации со своими, куда более весомыми наградами. Кроме того, обыватели почти никогда не интересовались даже теми чудесами, о которых сказано в открытых источниках, поэтому были недостойны приобщаться к более серьёзным. Наконец, власть концерна «Афина» и Церкви держалась на контроле такой информации, которую не хотелось упускать из рук. Тем не менее, им всё ещё требовались новые кадры, для чего помимо стимулирования точных и естественных наук они также занялись возрождением оккультизма в уже хорошо отлаженном паранаучном виде. Возникли обновлённый розенкрейцерский орден, общество Туле и другие организации подобного рода. Появились компьютеры, первые самолёты, пилотируемые вертолёты - причём эти разработки полностью принадлежат инженерам заурядного мира, а аномальщики лишь мирились с неизбежными успехами в подобных областях. Впрочем, именно тогда Протекторат Афины открыл эффект левитации и развил его применение от более совершенного подводного транспорта до своих первых воздушных аппаратов, а затем обогнал Священную Коалицию в космической программе. Его машины нередко попадались на глаза жителям обычного мира, приведя к рождению уфологии, однако паранаучное общество уже создало новый козырь - так называемые чайники, особые орбитальные станции, которые полностью скрывали от астрономов всё, что аномальщики хотели оставить в тайне до нужного момента. Такие меры не были лишними - власти Германии развязали Первую мировую войну и в ходе неё захватили образцы сверхсовременных технологий.

Середина XX века отметилась ещё более резким взлётом научно-технического прогресса. Кончилась эпоха дирижаблей, однако им на смену пришли самолёты и ракеты. Германия, едва оправившись от предыдущих сражений и очень активно знакомясь с достижениями аномального общества, развязала Вторую мировую войну, чем вынудила тайные организации бросить основные силы на её сдерживание. Так, нацистский оккультизм при всей своей масштабности страдал от внутренних политических конфликтов и достиг гораздо меньшего, чем мог бы. Большую популярность получили подземоходы, а руководство Третьего Рейха так заинтересовалось теорией полой Земли, что снарядило экспедицию для поиска входа в эту обитель сверхразвитой цивилизации, известную по уцелевшим записям - впрочем, сами аномальщики легко срывали все такие проекты. Также под прикрытием своих маскировочных машин Протекторат Афины параллельно отразил атаку пришельцев неясного происхождения, учредил Комитет защиты внешних границ и начал быстро осваивать Солнечную систему. В ответ Священная Коалиция, хоть и без особого интереса, запустила свой проект «Гормахис» по созданию нескольких магических орбитальных баз. При всех её ужасах, война на порядок ускорила развитие как обычного, так и аномального миров, но это было только началом громадного скачка. Когда наступил мир, в космос устремилось и академическое сообщество, устроив настоящую гонку. Компьютеры стремительно эволюционировали от примитивных механических и ламповых до современных транзисторных устройств. Аномальщики же опередили обычный мир в среднем на пару столетий.

На исходе XX века обычный мир создал Интернет и суперкомпьютеры, в то время как концерн «Афина» разрабатывал технологию оцифровки разума, эмматические вычислители, айтиматерию, а Священная Коалиция осваивала цифровую реальность духовно-магическим путём. Они также активно занимались множеством других проектов, от межмировых переходов до трансгуманизма, достигли пика своего развития и уже планировали явить себя остальному человечеству как добрые боги, однако не успели. Прежде, чем Альянс обнаружил эту реальность, здесь произошла так называемая Зачистка, когда всё огромное аномальное общество, включая его документы, базы и другое наследие, за редким исключением, было уничтожено таинственной внешней силой. Но остатки некоторых организаций до сих пор скрываются где-то на Земле или далеко за её пределами. Альянс всё ещё пытается установить с ними связь и изучает местную историю, заполняя многочисленные пробелы.


Эта историческая линия отделилась от А-22 ещё при внедрении элимитизма, но до Войны Раскола и дихаза с А-23 они выглядели идентично.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License