Нодоционный ярус

Итак, здравствуйте ещё раз, дамы, господа и остальные собравшиеся. Ого, да сегодня здесь яблоку негде упасть! Прошу, проходите скорее к своим местам, не стойте в проходе! Вижу множество знакомых лиц, это приятно. А если вы ещё не были ни на одной из моих лекций - меня зовут Орехов Константин Михайлович, я изучаю механизмы поведения и общую природу синреальности. Тему этого выступления вы все уже знаете, но для удобства поиска по конспектам я повторю. Речь пойдёт о только что открытом синреалогическом ярусе, который располагается не под нашим физиционом, как все известные ранее, а над ним. Это означает, что для него атомы, горы, планеты, диадромные Каркасы, тело человека, не говоря уже об аурах и кауформах, являются всего лишь эфемерными призраками - как бы душами местных сверхматериальных объектов, или даже абстрактными идеями вещей. И, хотя его изучение ещё только началось, тут отлично работает экстраполяция того, что мы знаем о нижних ярусах, закономерности по сути те же самые, поэтому в самых общих чертах картина вырисовывается уже вполне отчётливо.

Но прежде всего надо рассказать о самой истории этого открытия, так как в ином случае вам будет труднее воспринимать нодоцион областью единого мира. Некоторые из вас до сих пор воспринимают другие ярусы как неведомые параллельные миры, которые никак не пересекаются с повседневной жизнью. На самом же деле все эти ауры с кауформами находятся прямо здесь - мы даже можем потрогать их собственными руками, хотя вряд ли воспримем это без достаточно чувствительных сенсорных систем. Там внизу, разумеется, гораздо больше места, чем в нашем материальном мире, то есть лишь очень малая часть континуума омнициона может спроецироваться наверх, став алфизионом, и ещё меньше доходит до физициона. Однако абсолютно всё, что есть в нодоционе, является проекциями наших физических объектов или явлений.

Прочувствуйте эту мысль как следует. Вся надфизическая реальность полностью умещается внутри нашей мультивселенной, и фундаменты его объектов, пространств, событий проявляются у нас как осязаемые или хотя бы измеримые структуры, наподобие зеркального васта. Как же получилось, что за все двадцать лет существования Альянса, даже без учёта более ранних времён, никто его не нашёл? Безусловно, от законов Формулы пределов развития нам пока ещё некуда деваться, но вопрос сейчас в другом - какие же вещи являются такими корнями.

На самом деле гипотезы о надфизическом мире появлялись уже давно и неоднократно. Не хватало лишь доказательств, точнее, возможности найти их при помощи науки, без визионистики и других подсказок - а это, напоминаю, главное условие нашей работы. Конечно, в целом идея была простой - душа и тело выполняют одинаковые функции вне зависимости от того, на каких ярусах находятся. Так как душа пребывает на более низком ярусе с более абстрактной аксиматикой, ей выгоднее передать более строгие и жёсткие части своих уравнений наверх, потому что тело, напротив, легче всего обрабатывает именно их. Далее тело применяет результаты таких вычислений для стабилизации собственных внутренних процессов, вроде метаболизма, что отражается на нижнем ярусе. Это краткое и неполное описание процесса, но главную мысль оно передаёт - душа и тело взаимно укрепляются за счёт обмена параметрами своей аксиматической сути. А следовательно, искать основы нодоционных объектов надо среди физических, которые проявляют аномально высокую устойчивость ко множеству различных воздействий.

Им оказался, внезапно, самый обыкновенный регихалк, который всё это время был у нас в руках, под носом и вообще везде. Да, сейчас это уже очевидно - но прежде все мы думали, что его механическая неразрушимость, колоссальная тугоплавкость и некоторые другие подобные свойства происходят от сугубо физической взаимной поддержки правильно соединённых атомов. Собственно говоря, именно таким способом его и проектировали. Видимо, истина ускользнула от изобретателей потому, что определить состав и структуру такого материала они поручили генетическим алгоритмам, то есть, по сути, машинальному перебору вариантов, который ничего не говорил о природе данных свойств, кроме самых общих предпосылок. И они были неверно истолкованы, поскольку получился идеальный символ культуры, где все помогают соседям достигать невиданных прежде высот. Хотя, разумеется, существовали и альтернативные версии, вроде теории Логвейде о том, что подобный сплав химических элементов из совершенно разных, часто несочетаемых физик задаёт новые неизменяемые природные законы внутри себя.

Затем появился регихалковый голем, и оказалось, что всё далеко не так просто. Материал, из которого состоит его броня, по всем признакам является регихалком, но имеет множество отличий. В частности, если наш стандартный вариант способен существовать при всех возможных комбинациях физических законов и констант, то големовский металл заточен под относительно широкий, однако же чётко определённый набор условий, так как имеет более простой химический состав. А главное - орудие из нового регихалка может легко пробивать обычный сплав, хотя последний обладает абсолютным иммунитетом ко всем механическим воздействиям вроде давления и растяжения. Такая черта големовского сплава нарушала все прежние теории, но именно она позволила пролить свет на истинную природу особых свойств этих соединений вообще.

С другой стороны, наука Альянса уже давно предполагала, что в ярусной системе наш физицион находится не на самом верху, и выше могут располагаться один или несколько сверхматериальных планов бытия - однако всё это были лишь абстрактные математические выкладки. Для описания предполагаемого надфизического мира требовалась максимально примитивная и универсальная система счисления. В простейшей арифметике слишком много условий, которые можно поменять, вроде числового ряда и связанной с этим логики, но представить что-то более простое было чрезвычайно тяжело. Впрочем, отдельных неполных предположений было достаточно, но, чтобы выбрать верное направление и доработать его, если нодоцион вообще существует, требовалось получить о нём хотя бы общую информацию, от которой можно оттолкнуться.

И вот, с появлением гипотезы о том, что регихалк - это просто душа, обязанная своей сверхпрочностью надфизическому телу, настало время экспериментов. Общая идея, как водится, была простой. Взять наш и големовский регихалки. Составить математическую модель поведения обоих. Разбить первый вторым и внести все изменения в компьютерную модель. Постараться найти все прежде неизвестные закономерности и расширить единую теорию подобных сплавов, чтобы спроектировать новые их виды. Поняв принцип их неразрушимости, изготовить как бы регихалк наоборот, то есть легко деформирующийся при контакте с обычными видами таких материалов, но не объектами, которые наверняка лишены надфизических тел. Различными способами воздействовать на него инструментами из других регихалков. Выделить единые паттерны таких повреждений и создать специальную программу, переводящую их в более понятное изображение. Проводить новые опыты, постепенно повышая чувствительность и точность такого детектора, а затем параллельно с его улучшением начать описывать природу самого нодоциона.

Таким образом на основе вышеупомянутых выкладок была создана дематика, которая настолько отличается от остальной математики, что её следует считать уже совершенно новым отдельным направлением. Сейчас, разумеется, сложно понять, действительно ли это самая простая из возможных систем, или существует нечто ещё более краеугольное, но на данный момент она лучше всего объясняет то, что мы способны увидеть в нодоционе. У неё мало исходных правил, и они на диво просты, однако местами неочевидны для нашего бытового образа мыслей.

Всё начинается с квазичисла арх, которое является одновременно единицей и двойкой. Также там есть операция уменьшения, которая может служить, соответственно, вычитанием или делением. При этом сам по себе арх обозначает конкретно единицу, а уменьшенный, то есть как бы разделённый пополам, уже двойку. Это первичные стабильные числа, с которыми можно работать. Взаимодействуя между собой через всё то же уменьшение, они превращают его в определённую операцию, создавая вторичные числа - ноль, минус единицу и одну вторую. Из набора этих пяти чисел тем же самым способом образуются третичные, которые делятся на две основные группы - целые и степени двойки, включая отрицательные. Остальные, четвертичные числа возникают уже с их помощью. Однако концепции бесконечности в дематике нет вообще. Там каждое число составлено из конечного количества архов, и относительно него существует максимум ещё одно, с которым оно контактирует в данный конкретный момент. А раз бесконечности нет, то можно спокойно делить на ноль, который и получится ответом. Вот, собственно, и всё.

Объекты нодоционного яруса, так называемые ноды или узлы, работают, скорее всего, именно по этим правилам. Устроены они в целом точно так же, как на всех остальных уровнях мира. Исходным квантом является уна, базовое аксиматическое уравнение, которое может находиться в форме даона, осязаемого существования, или меона, пока ещё нереализованной возможности, и менять такое состояние. Соединяясь, уны образуют полноценные предметы, координаты в континууме или события. Первые и зовутся нодами, причём мы пока можем видеть только их.

Однако вначале надо рассмотреть общую структуру яруса. В его континууме есть полноценные аркана, пространство, время, вероятность, но диагема исчезает, редуцируясь до элемента первой. Темпоральная система, так называемый лямбда-поток, похожа на нашу, однако устроена гораздо проще, почти без ветвления исторических линий, потому что итоги взаимодействия объектов крайне предсказуемы, они как шестерни несложного механизма. Интереснее всего устроено пространство. Оно представляет собой не сплошной лист, как на остальных ярусах, а так называемый грид - сеть из тонких, шириной в один квант, нитей, вдоль которых движутся ноды. Причём каждая уна в составе такого объекта должна двигаться параллельно остальным, поэтому весь узел перемещается только от одного достаточно большого скопления перекрёстков до другого. Кроме того, начав движение по такой космической струне, объект уже не может остановиться, поэтому, если на том конце место было занято другим телом, они оба станут одним более широким предметом, который частично вытеснится в соседние перекрёстки. Попасть внутрь ячеек этой сети, судя по всему, невозможно, там находится чистая аркана. Рисунок грида представляет собой сложный фрактал, что позволяет узлам сравнительно свободно передвигаться по нему, и отличается у каждой нодоционной вселенной, а на их границе возникают почти непреодолимые барьеры. Природные законы, однако, везде примерно одинаковы - во всяком случае, дематика не допускает особого разнообразия допустимых вариантов. Местная геометрия кардинально отличается от нашей, поскольку там, к примеру, нет иррациональных чисел, включая пи - а значит, полностью отсутствует сама идея окружности и, следовательно, плавных кривых линий, поэтому грид состоит только из максимально резких углов, что, в свою очередь, может быть основной причиной такого странного прерывистого движения нодов.

Отдельно подчеркну тот факт, что в нодоционе также нет никаких амплитуд. То есть на квантовом уровне он также точен и предсказуем, хотя при взаимодействии ун в определённых условиях может возникнуть случайный выбор - будет ли это деление или вычитание. Однако многие теории показывают, что даже этот процесс подчиняется неким строгим закономерностям, но для их проверки нам необходимо гораздо более чувствительное оборудование, а регихалк из-за броуновского движения атомов и иных квантовых колебаний здесь ничем не сможет помочь.

А ещё прошу вас обратить внимание на то, что, хотя нодоцион со своей точки зрения безусловно монолитен, его воплощение на физическом ярусе - это хаотичное нагромождение обрывков и осколков, неравномерно раскиданных по всей мультивселенной. В целом диадроме может не быть фундамента даже одной нодоционной уны. Но даже когда их сразу много в одном месте - ещё не факт, что они относятся к единому ноду и вообще миру. Аккуратной сеткой всё становится уже наверху. Впрочем, относительно алфизиона наш мир устроен практически так же.

Что касается структуры самих нодов, сейчас мы можем уверенно говорить лишь о регихалковых - хотя, видимо, все они различаются только количественной характеристикой и внутренним порядком, а в остальном устроены совершенно идентично. Наиболее простые из них, аналоги элементарных частиц, представляют собой материальные эквиваленты единиц и двоек. При контакте более подвижная из них становится для другой вычитаемым или делителем, после чего они сливаются в новое число. Оба исходных объекта и сама операция остаются записанными в общей структуре подобного тела, но как бы забываются, то есть теперь оно представляет собой единое монолитное число. Затем оно может аналогично соединиться с другим, произвольной сложности, увеличив свои габариты, и так далее - но порой никакого слияния не происходит.

К примеру, нод стабильного слитка регихалка имеет такую структуру, что другие нодоционные объекты как бы отталкиваются от него. Точный механизм этого явления на данный момент неизвестен - у нас, конечно, есть ряд предположений, однако не хватает точности сенсоров, всё происходит слишком быстро и незаметно. Если же слиток утратил устойчивость, в его ноде также происходит дисбаланс, он начинает терять куски и, наконец, распадается почти без остатка. А големовский регихалк благодаря особенностям своей структуры может вступать с ним в резонанс и пронзать, словно горячий нож, вызывая распад ближайших элементов, но соседние чаще всего успевают залатать повреждения на границе разреза. При менее сильном давлении в ноде слитка происходит множество микроповреждений, его стабильность нарушается, и на краткий миг появляется возможность согнуть или разорвать металл. После этого структура вновь становится прочной, но застывает уже в иной форме на обоих ярусах. Продолжая прилагать силу, инструмент запускает новую волну повреждений, поэтому деформация возрастает.

При расчёте этих процессов важно учитывать несколько сторонних эффектов. Пока нод ни с чем не контактирует, время для него полностью замирает, поскольку, чтобы измениться, он должен дотянуться своим темпоральным авангардом до другого объекта. Несмотря на наличие в его структуре описаний предыдущих чисел и операций, внутри нодоциона не существует осязаемых прошлого или будущего - они лишь на минимально возможное мгновение выходят из чёрной вероятности, а прежнее состояние лямбда-мира сразу же становится меоном, словно мироздание появилось только что. При перемещении слитка регихалка или других подобных объектов мы также меняем узоры грида вокруг них, как бы тянем пространственные нити за собой, поэтому можно не опасаться, что нодоционное тело застрянет и оторвётся от физической души. По этой же причине соприкосновение предметов с нодами, относящихся к одному лямбда-миру, позволяет объединить их гриды, тем самым обеспечивая и взаимодействие нодоционных предметов. Самый удобный визуальный интерфейс для этого яруса, какой нам удалось создать на данный момент, берёт за основу внешний вид вселенных крафтического типа - однако их сходство крайне поверхностно, поэтому старайтесь, пожалуйста, избегать чрезмерных аналогий, мы так уже допустили ряд серьёзных просчётов. И следите за научными новостями.

В завершение лекции хочу отметить ещё одну весьма интересную гипотезу, которую, к сожалению, пока никак невозможно проверить. Может оказаться, что нодоцион - уже максимально примитивный из возможных синреалогических ярусов и, следовательно, располагается на самой вершине системы. Как ни странно, в современной W-теории подобное вполне допустимо - у неё есть интерпретация, где наличие внутреннего деметаптического поля, разделяющего остальные W-ярусы на программные коды и их интерфейсы, вовсе не является обязательным, так что этот верхний уровень, обен, может быть именно таковым. Однако точно так же не исключено, что это действительно всего лишь программные основы более высокого яруса, но представить его систему счисления, которая должна быть гораздо проще дематики, крайне затруднительно.

Хотя есть и обходной путь, или, точнее, он активно разрабатывается. Раз уж нодоцион полностью умещается в рамках физициона и обладает намного меньшей сложностью, его можно воспроизвести прямо здесь как особую виртуальную реальность. Туда можно будет загрузить все основные природные законы обена, моделировать различные ситуации и сравнивать их с результатами внешних экспериментов. Правда, над такой моделью теоретически должна будет появиться новая область настоящего нодоциона, но даже если так, это скорее хорошо, чем плохо.

Наконец, дамы и господа, на этой ноте я завершаю сегодняшнее выступление. Впереди нас ждёт ещё много работы, поэтому последующие лекции однозначно будут гораздо более информативными. Однако эта была одной из первых, посвящённых открытию нодоциона, поэтому вы можете искренне радоваться тому, что стояли у истоков новой науки и видели, как всё начиналось. Каких бы успехов ни достигли обенология и конкретно нодоционика, сам факт того, что над нами раскрылся целый новый мир, внушает, не побоюсь сказать, благоговейный трепет. Но у них определённо будут громадные успехи! Как минимум, теперь можно будет сделать регихалк ещё более неразрушимым, а уж если освоить производство нодов для других объектов, начнётся буквально новая технологическая эпоха. Ну что же, удачи вам, коллеги, до новых встреч!

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License