Дорога в будущее

Внезапный порыв ветра поднял в воздух облако угольно-чёрной пыли. Ненадолго зависнув над бездонной пропастью, оно метнулось назад, к беспорядочному нагромождению обломков скал, тёмных древесных коряг и торчащих под странными углами пластов земли. Пролетев мимо каким-то чудом уцелевшего среди этого хаоса дерева с пышной кроной, по ветвям которого скакала беззаботная пичуга, пыльный вихрь скрылся в одном из проходов странного лабиринта. Оттуда донёсся приглушённый кашель, а спустя несколько секунд под лучи полуденного летнего солнца вышел и сам человек.

Это был крепкий мужчина лет тридцати, в камуфляжных штанах и куртке, с рюкзаком за спиной, опиравшийся на импровизированный посох из обрезка металлической трубы. Каждый шаг давался ему с заметным трудом, но он упрямо двигался дальше, стараясь проморгаться от попавшего в глаза песка. Грязная изорванная одежда, порезы и ссадины, недельная щетина - всё в его облике говорило о том, что человек был до предела измотан путешествием.

Путнику с трудом давался каждый метр этой дороги, однако ему постоянно приходилось возвращаться далеко назад и выбирать иные тропинки, порой высматривая их среди груд пейзажного мусора часами, до рези в глазах. И, что хуже всего, он с трудом представлял, куда вообще нужно идти. Карты безнадёжно устарели в мире перевёрнутых литосферных плит, гигантских разломов и изменивших русло рек.

Дойдя почти до самого края обрыва, человек угрюмо огляделся. Гранитная порода была раздвинута некоей титанической силой, и широкая трещина протянулась на сотни метров в обе стороны, теряясь среди изломанных скал. Далеко внизу тускло мерцало аквамариновое зарево, закручивая воздух над разломом. Что именно творилось внизу, путник не смог рассмотреть даже в бинокль - впрочем, сейчас это волновало его меньше всего. В обычных условиях здесь давно бы извергался колоссальный вулкан, но мир больше не работал по старым правилам.

Раньше такие препятствия удавалось обходить, но теперь сил на поиски другого пути уже не осталось. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, человек принялся изучать преграду внимательнее. Через самый узкий участок пропасти, не шире двадцати метров, можно было попробовать перебраться - по обе стороны от него расположились огромные каменные пики, словно зубы чудовищного рта. По всей видимости, раньше они стояли вертикально, но, когда земля раскололась, начали заваливаться в сторону провала.

Конечно, пытаться перепрыгнуть с одной скалы на другую было бы самоубийством - однако Алатон Номаи не зря получил звание старшего лейтенанта в инженерно-боевом отряде. Присев на валун, агент начал расчерчивать в пыли геометрические схемы, прикидывая, как лучше построить мост через пропасть. Попутно он допил остатки взятой в путешествие воды, наполнил флягу мутно-коричневой жидкостью из ближайшей лужи и бросил туда пару таблеток стереактина, чтобы очистить её от ядовитых примесей. Наконец один чертёж показался ему вполне приемлемым, и, орудуя своим посохом, как ломом, Алатон принялся выковыривать камни из основания выбранной скалы. Уйти в работу с головой, однако, у него не получалось - память полнилась воспоминаниями о том, как всё началось… Или, возможно, закончилось.


Пять дней тому назад в небесах над всей Землёй внезапно появились десятки тысяч причудливых серебристых кораблей. Никто не знал, откуда они взялись и как долго присматривались к планете. Они просто вынырнули из небытия - и сразу же нанесли первый удар. В один момент серия мощных залпов не оставила даже развалин от сверхсекретных лабораторий, космических баз, правительственных складов оружия, стационарных аномалий и всего остального, что теоретически могло бы причинить пришельцам вред. Прежде, чем кто-то успел понять, что происходит, чужаки безоговорочно стали новыми хозяевами планеты. Их технологии на сотни или даже тысячи лет опережали лучшие творения тайных научных сообществ - что уж говорить об остальном человечестве?

С тех пор облик мира изменился до неузнаваемости. Такими темпами жизнь на планете должна была навсегда прекратиться самое большее через неделю - не уцелели бы даже глубоководные рыбы и странные твари из замкнутых подземных морей. Агенту уже довелось увидеть, что способны сделать пришельцы - там, где совсем недавно до самого горизонта простирались воды океана, теперь зияла громадная высушенная яма, грубо перекопанная на километры вглубь земной коры. Однако то, что знаменовало смерть некогда цветущей планеты, никак не сказывалось на остальной бескрайней вселенной, и Солнце продолжало бы всё так же беззаботно сиять ещё миллиарды лет.

Чужаков, впрочем, судьба Земли тоже ничуть не волновала - вероятно, именно поэтому Алатон всё ещё был жив. Он неоднократно замечал в ярко-синих небесах хаотично мечущиеся или неподвижно застывшие силуэты вражеских кораблей и далеко не всегда успевал найти укрытие… А те пролетали мимо, не реагируя на одинокого человека. Пришельцы как будто заглянули на старый чердак и стали ворошить хлам, который там скопился, а осиные гнёзда уничтожили просто из брезгливости, не боясь слабеньких укусов уцелевших насекомых.


К удивлению Алатона, затея с мостом удалась - правда, приземление вышло не очень удачным. Агент крепко ушибся об острые камни, разорвал куртку на спине и содрал кожу с левой ладони, хотя это не сильно ухудшило его внешний вид. Потратив ещё один кусок бинта, человек отправился дальше, старательно игнорируя тревожные сигналы своего организма. На следующем привале он собирался подлатать себя более качественно, однако сейчас хотел пройти так много, как только сможет. Алатон знал, что, расслабившись, он ощутил бы всю накопленную за день усталость разом, и только непрерывная ходьба или математические задачки позволяли ему держаться на ногах.

Дорога постепенно улучшалась, и через полчаса агент уже шагал по дну широкого каньона. Вздымавшиеся по обе стороны каменные стены были изъязвлены глубокими нишами и кривыми оплавленными бороздами. К некоторым было легко подобраться - слои вывернутых из недр земли горных пород ложились удобными террасами, как ступени причудливых лестниц. Алатон решил, что будет глупо не воспользоваться настолько удачной возможностью отдохнуть в сравнительно безопасном укрытии - вряд ли ему снова попадётся такое хорошее место.

Выбор пал на пещеру, укрытую гранитной плитой и откуда в то же время открывался неплохой обзор. Агент не стал проверять безопасность этой норы - всё равно слишком устал, чтобы защищаться или убегать. Он лишь выбрал более-менее ровную площадку за уступом скалы, расчистил её и сел отдыхать прямо на твёрдую землю, разложив перед собой несколько банок саморазогревающихся консервов. Вода ещё не успела достаточно очиститься, но до конца недолгого привала Алатон всё-таки намеревался влить в себя немного живительной влаги.

Неожиданно до его слуха донёсся новый звук, поначалу принятый за очередной оползень. На сей раз, однако, шум был более ритмичным и становился всё громче. Что бы ни было его источником, оно приближалось. Затаив дыхание, Алатон осторожно выглянул из-за скалы. Земля вибрировала, и её судороги нарастали с каждой секундой. С потолка посыпалась мелкая пыль. Солнце словно померкло - агент ненадолго зажмурился, а когда вновь открыл глаза, убедился, что снаружи действительно происходили пугающие перемены. Мир как будто начинал окутываться кроваво-красной тенью, стремительно густеющей в такт жуткому звуку. И вот, наконец, показалось то, что издавало этот грохот.

Алатон отвернулся и замер, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Вдоль по каньону шагали гигантские чёрные конструкции, формой напоминающие одновременно птицу и паука. Земную твердь, однако, сотрясали вовсе не их многочисленные суставчатые ноги - массивные монстры были окружены какой-то аурой, и всё вокруг них гремело само по себе. Агент не знал, пилотируемые ли это машины, дистанционно управляемые дроны или автоматы, но меньше всего ему сейчас хотелось думать о них. В течение пары минут, которые показались человеку долгими часами, вереница колоссов прошагала мимо пещеры, и понемногу мир успокоился. Солнечные лучи вновь приобрели свой обычный вид, и, кабы к звукам природы прибавилось птичье пение или жужжание насекомых, можно было бы представить себя обычным туристом.


Алатон всё реже задумывался, почему из всего отряда тогда выжил только он - память о павших товарищах быстро померкла на фоне куда более ужасных катастроф. Первое время агент просто искал укрытие и припасы, попутно пытаясь сориентироваться в ситуации. То, что он слышал и видел, не внушало ничего, кроме безысходности, однако Алатон лишь стискивал зубы, продолжая строить планы на абстрактное будущее. Пока человек действует, он жив. Эта аксиома была стержнем всего естества агента, и он не намеревался от неё отрекаться. И вчера его надежды оправдались - один из радиоприёмников, найденных среди руин, смог уловить человеческий голос.

– Внимание всем выжившим! Пришельцы, темве, не прослушивают радиосигналы, но их влияние мешает передаче сообщений. Каждому человеку, который получил это послание, вне зависимости от его здоровья, следует как можно быстрее попасть в точку со следующими координатами… Все дальнейшие инструкции будут выданы вам на месте.

Конечно, это могла быть ловушка - но какая разница? В смертельную западню превратился весь мир, а если говоривший и правда являлся человеком, такой шанс нельзя было упускать. Развернув на импровизированном столе обрывок карты, агент тщательно изучил его, сверяясь с записанными цифрами. Такую систему геопозиционирования использовал Орден Миротворцев, который, теоретически, действительно мог частично уцелеть после первой атаки захватчиков. Рюкзак со всем необходимым давно был собран, хотя скорее для успокоения нервов, чем по реальной необходимости. Брать с собой приёмник Алатон не стал, это был бы лишний груз. Оставалось самое сложное - понять, как дойти до означенного места, преодолеть расстояние и не сбиться с пути.


Агент огляделся и мрачно покачал головой - похоже, он всё-таки заблудился. Пейзаж вокруг выглядел столь пугающе и нелепо, что с трудом верилось, будто где-то рядом может таиться надёжное убежище или просто живой человек. Кругом, насколько хватало взгляда, были только торчащие под немыслимыми углами пласты горных пород, вывороченные с корнем деревья и красно-серая грязь - к счастью, она уже успела подсохнуть после недавнего кислотного дождя.

Алатон с неприкрытой ненавистью уставился на торчавшую где-то за горизонтом хрустальную башню - единственный надёжный ориентир в этом изломанном мире. Только за последние сутки агент увидел целых три таких монумента - они стояли буквально повсюду. Угловатые колонны тянулись выше облаков и уходили на километры вглубь тела планеты, безмолвные, неподвижные, но зримо меняющие реальность вокруг себя. От них исходила некая сила, искажающая законы природы, причём не физические константы, а более сложные явления вроде тектонических процессов, определяя их почти что творчески. Башни служили своего рода подпорками - темве явно что-то искали на Земле и в её недрах, поэтому передвинутые куски планеты должны были сохранять нужное положение, не загрязняя всё вокруг магмой или пылью.

Кроме того, агент подозревал, что именно из-за влияния этих обелисков перестали работать многие сверхъестественные вещи, над которыми земная наука билась несчётные годы, а порой и века. Отчасти, как оперативник Антианомальной Армии, он даже был этому рад - после атаки пришельцев мир покинул не один десяток прежде неуязвимых кошмаров… Однако вместе с ними планета потеряла и множество объектов, которые могли бы её возродить. И пусть даже некоторые придали бы ей непривычный облик - это было всяко лучше окончательной гибели.

Размышляя об этом и многом другом, лишь бы не позволять себе отключаться, человек продолжал упрямо шагать дальше. Потерялся он или нет, а лучше всё-таки сдохнуть в пути, пытаясь что-то сделать, чем покорно протянуть ноги. Да, каждая клеточка тела ноет и просит об отдыхе, но что с того? Если дни Земли сочтены, ни у кого нет права бездействовать - а отдохнуть и в гробу успеется.


Солнце уже начинало клониться к закату, когда перед почти отчаявшимся Алатоном внезапно открылась полукруглая котловина. Человек рассеянно осмотрелся - и, словно внутри него повернули рубильник, взгляд агента сразу же прояснился, а мысли снова обрели ясность.

Судя по обломкам железобетонных колонн, замаскированных под обычные скалы, тут находилась одна из секретных баз Ордена, почти настоящий подземный городок с домами, складами, лабораториями и бог знает чем ещё. Конкретно здесь, видимо, не хранилось никаких могущественных аномалий, и темве ограничились тем, что пробили через этот участок три или четыре широких колодца под случайными углами. На их стенках камни и металлы превратились в жёсткую волокнистую массу, а менее прочные материалы испарились, не оставив даже следа. Но кругом виднелись признаки жизни - местные явно провели ремонт полуразрушенного укрытия. Вот отпечатки ног в пыли, а огромная яма там, где должны быть ворота, засыпана камнями и другим мусором - слишком ровно для одних только естественных обвалов.

Чем ближе Алатон подходил к центру этой пологой воронки, тем отчётливее там проступала неясная фигура. Человеческий силуэт словно ткался из чистого воздуха, одновременно являя каждую деталь своей внешности и не загораживая то, что находилось позади. Агент решил, что это какое-то искажение пространства, но ему сейчас были безразличны такие тонкости. Главное, что это был человек.

Он был на редкость массивным, даже грузным, и удивительно малоподвижным, издали напоминая монументальный памятник, однако вблизи такое впечатление сразу же развеивал его цепкий острый взгляд. Гигант носил униформу Миротворцев и, видимо, раньше работал здесь охранником - сидячая работа, где приходилось сутками внимательно разглядывать каждую мелочь на десятках мониторов, весьма способствовала формированию подобного облика. Но экипирован этот человек был совсем иначе, несколькими причудливыми предметами, собранными, очевидно, из подручных средств, хотя и с немалым искусством. На спине у него висел металлический рюкзак с несколькими тусклыми лампами и набором торчащих во все стороны антенн. Возле этого устройства воздух заметно дрожал, и Алатон подумал, что именно оно делает его невидимым уже в шести метрах. Из многочисленных карманов куртки торчали перекрученные провода и трубочки, тянущиеся к закреплённым на поясе приборам или куда-то за спину, минуя неслышно гудящий ранец. Человек неотрывно смотрел на агента.

- Здравия желаю! Представьтесь, пожалуйста! - скомандовал он, когда путешественник подошёл к нему и тоже оказался в зоне невидимости.

- Агент семнадцатого инженерно-боевого отряда Антианомальной Армии, старший лейтенант Алатон Номаи, сэр! - хрипло отрапортовал тот.

- Инженеры нам нужны, - кивнул незнакомец. - Я привратник, работаю с новичками. Добро пожаловать! Не будем привлекать внимание врага.

Последние слова дополнялись жестом, указывающим на теперь тоже различимую дверь в скале. В небе снова мелькнула серебряная тень, и после того, как она скрылась из виду, оба человека пошли к этим воротам. Привратник почти нёс агента на себе - того уже не держали ноги. Открыть погнутые створки оказалось довольно нелегко, при атаке темве они сильно перекосились, однако внутри Алатон заметил ящик с инструментами. Убедившись, что снаружи всё тихо, привратник приложил руку к стене, заставив, как выяснилось, лифт двинуться вниз.

Алатон медленно выдохнул, а потом впервые за пять дней позволил себе улыбнуться и снять повязку с лица. Жизнь снова наполнялась смыслом - даже если это убежище было обречено, тут не сидели, сложа руки. Последние дни его обитателей так или иначе будут проведены с толком, в попытке совершить невозможное и смело ответить врагу. Разве есть более достойное дело для настоящего человека?

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License