День Улыбки

Гуляют и смеются дети. Кричат и поют птицы. Лают собаки. Вдалеке гудят машины. В парке царит идиллия.

Одинокий старик на скамье слушает, что происходит вокруг. Он слышит, как приближается и отдаляется детский смех. Шуршание гравия и травы неподалеку, топот множества ног и лап. Он слышит. И слушает. Внезапно он услышал, как к нему на скамейку кто то сел. Внезапно – потому что он не слышал предварительного шуршания гравия возле скамейки. Однако скамейка явственно заскрипела.

– Чудесный день сегодня! – приветливо сказал незнакомец так, будто это новость для всего мира.

– Чудесный, конечно, – без интонаций ответил старик.

– А как ярко и ласково светит солнце! Вы только поглядите на отблески лучей в лужах и освещенные невинные детские лица! – неправдоподобно радостно тараторил незнакомец.

– А… Да… Взглянуть… Если бы.

– Чего это вы раскисли? Разве вам не доступны все эти удовольствия? – с тенью изумления спросил незнакомец.

– Нет. Не доступны. Я слепой.

Незнакомец нахмурился. Поглядел в землю. Он выглядел задумчивым. И вдруг его осенило.

– Так, получается, вы хотите все это увидеть!

– Да. Я хочу видеть.

– Зачем?

– Я пропустил рождение внучки. Я ослеп очень давно, и я видел мало из успехов своих детей. Ничего из успехов своих внуков. Я хочу видеть все.

– Ой, пфффффф! Все будет пучком! – сказав это, незнакомец фамильярно хлопнул старика по плечу, радостно рассмеялся, и неспешно покинул старика.

Старик остался сидеть на скамейке. Его уже ничего не интересовало. Старик полагал, что дожидается своей кончины. Кстати, между делом, старика зовут Игорь. Совсем обычное имя. Обычного старика. Итак, Игорь ждал. Скоро дочь должна будет прийти за ним, отвести его домой. Его «прогулка», как бы иронично не звучало это слово для слепца, закончилась.

Отужинав дома, старик безрадостно ложился спать. Вместе со зрением, многие десятилетия назад его покинули и сны. Сегодня ничем не отличается от вчера, и ничем не отличается от завтра.


Вспышка. Вспышка. Вздох. Внезапно что-то произошло. Старик это понял, но не сразу. После пробуждения Игорю потребовалось некоторое время, что бы осознать, что он проснулся… И попытаться понять, ПОЧЕМУ он проснулся. Игорь вспомнил, что только что были какие-то вспышки. Вспышки? Вспышка – это свет! Свет – это то, что можно увидеть. Но это невозможно! Он же слепой…

– Доброе утро, папа! – это вошла в комнату его дочь.

– Доброе, доброе, – все так же безрадостно отвечал Игорь.

Дочь прошла через комнату и раздвинула шторы. В комнату ударил яркий свет. И внезапно Игорь понял, что он ощущает глазами. Это было невероятно. На месте привычной тьмы старик узрел красные пятна. Игорь догадался, что надо разлепить веки.

– Открой мне глаза, – просипел Игорь.

– Что???

– Веки мне подними! – на манер Вия прогундосил старый слепец.

Дочь разлепила слипшиеся от многих лет неиспользования веки. На нее уставились мутные, белесые глаза, без выражения и осмысленности… Игорь же увидел свет. Впервые за многие годы Игорь увидел свет.

Несмотря на то, что видел Игорь только различие между светом и тьмой, он был несказанно рад. Теперь он видит! Теперь его жизнь станет другой! Теперь у него есть столько вещей, которые можно увидеть! Наверное…

Пока что старик передвигался с помощью своей дочери. Она уже поняла, что с отцом что-то случилось. Что он прозрел. Что он и правда больше не слепой. Но ему пока требовалась помощь. Так прошел первый день. Старик сидел у окна и радостно щурился, смотря в окно на свет.


На второй день старик проснулся в бодром расположении духа. И он понял, что теперь полностью зрячий. Ошеломленно он обвел взглядом комнату. В его глазах, внутри мозга снова прорисовывались предметы. Игорь счастлив. Теперь он видит.

Отныне Игорь передвигался без помощи дочери. Пусть его зрение не позволяло видеть дальше десяти метров, и все было будто покрыто мутной, черно-белой пеленой, и цветовая гамма не дотягивала даже до возможностей восприятия дальтоника… Пусть его зрение было слабым и размытым… Это было чистое счастье. Отныне Игорь решился гулять сам. Один. Без дочери. Он не слушал ее бурные протесты, что он может потеряться, что его зрение может исчезнуть в любой момент, что ему просто не выжить без нее там, во внешнем мире. Он просто пошел на улицу. Гулять.

Для начала он решил увидеть, что происходит в парке. Кое-как доковылял он до лавочки, натыкаясь на людей и препятствия. Снова сев на ту лавочку, Игорь вспомнил о странном знакомом. Возможно, это из-за него он обрел зрение? Хотя навряд-ли. Оглядев все вокруг, увидев мутные силуэты, Игорь подумал, что не все так уж и плохо. Скоро, возможно, он сможет увидеть мир.


Наступил третий день. Он обрел новые рубежи зрения. Теперь он видел все почти четко, видел все цвета. Все его цветовые колбочки работали. Все три. Красный-синий-зеленый. Это чистый восторг – зрение в цвете. В парке он видел почти все. Дети, собаки, птицы, воздушные змеи, игрушки, взрослые. Теперь ему не надо больше слышать так много. Он снова видит.


На четвертый день он не сразу понял, что произошло. Он снова видит, как в молодости, чудесно, прекрасно! Взяв первую попавшуюся книгу в домашней библиотеке, он стал читать. Ему понравилось. Как в старые времена… Но пора гулять!

Он шел через парк и наслаждался. Прекрасная четкость, все цвета! Этого просто не может быть. И теперь… Он видит хорошо. Он все видит! Он посмотрел вдаль. И вдруг понял, что видит вещи, которые находятся очень далеко. За триста метров от него человек расплачивался за сосиску в тесте. И Игорь ясно, слишком ясно увидел, что это была пятисотрублевая купюра. Триста метров!!! Хотя это совсем не испугало или насторожило Игоря. В конце концов, все лучше и лучше…

Пятый день? Что же случилось на пятый день? Проснувшись, Игорь не сразу понял, что происходит. Не все заслужили вечную смерть. Не все заслужили быть проклятыми вечной жизнью. Вокруг все было каким-то… Странным. Все как то изменилось. Игорь все никак не мог понять, что произошло. Как будто все цвета… Изменились? Игорь, встревоженный, позвал дочь. Он спросил ее, не изменилось ли что. Дочка его не на шутку встревожилась. Она сразу поняла, что что-то произошло. Это был последний день спокойствия.


Минуло много дней. Игорь видел все больше и больше цветов – а доктора лишь разводили руками. «Мутация» – говорят. «Увеличение числа цветовых колбочек» – говорят. Было, конечно, изначально предположение, что Игорь то ли тронулся умом, то ли получил повреждения или изменения в мозге. Но… Ни один тест не показал отклонений. Изменилось лишь одно – строение его глаз.

Теперь мир был другим. Все предыдущее, вся его «видимая» жизнь – до и после слепоты – казалась Игорю тусклой, невзрачной. Мир стал гораздо красивее – этого отрицать просто невозможно. Неизвестно, сколько теперь колбочек в его глазах, сколько цветов он теперь видит. Но однозначно – очень много. Все эти мысли крутились в голове у Игоря, когда с ним рядом на лавочку сел человек. Можно было подумать, что Игорь не заметил этого, потому что он не подал виду. Но он заметил. Раньше он бы услышал это. Но теперь вся концентрация Игоря, словно импульс пули, такая же сосредоточенная и мощная, была сосредоточена в его зрении. Поэтому незнакомец был замечен боковым зрением. Игорь отметил, что он увидел все детали его внешности с необычайной легкостью, хотя незнакомец был где то на периферии его зрения…

Незнакомец был одет неприхотливо и незаметно – «рэперская» толстовка, джинсы. Внешность также непримечательна – спокойные глаза, нос с горбинкой да рот, искривленный в легкой полуулыбке. Игорь отметил неприязнь к этой «улыбочке» – ему не понравились чересчур тонкие губы.

Незнакомец заговорил:

– Наслаждаетесь вашими новыми возможностями?

– Откуда вы знаете? Так это вы были??? – Игорь понял, что это тот самый странный парень, что подошел к нему тогда… В самом начале.

– Да, это я, – внезапно широко улыбнулся этот неизвестный.

– Да кто вы вообще такой?!

– Меня зовут Честер. Рад познакомиться с вами наконец. И все-таки. Вам ведь понравился мой подарок, признайтесь!

– Подарок?! О чем вы?! Так это ваших рук дело?!

– Ну конечно же моих! Вы захотели – я вам… Помог, – после паузы Честер улыбнулся, а после слова «помог» – хихикнул глуповато.

– Как вы это сделали?! Вы… Вы… Человек так не может! – В голосе Игоря читались уже панические нотки.

– Конечно не может! А разве я похож на человека? – с искусственным изумлением сказал Честер.

– Издеваетесь?! Признавайтесь! Кто вы! В смысле, кто вы такой по происхождению?!

– Я… Можно сказать… Джинн. Исполняю желания. И вы моя жертва. Ой, я хотел сказать, мой клиент! – Здесь улыбка Честера достигла невероятных, воистину чеширских размеров.

– И… это все?

– Да. Все, – с этими словами Честер предпочел раствориться. Причем достаточно нелепо спародировав Чеширского Кота – сначала у него исчезла улыбка, оставив дырку в голове и позволяя увидеть внутренности его черепной коробки. В конце от него остались только пальцы. Пальцы ног, если быть точным. За всем этим с ужасом и удивлением наблюдал Игорь. Внезапно он услышал голос из того места, где была голова Честера. Голос произнес: «Это только начало. Ой». Да, именно так. Голос определенно точно «ойкнул».


Дни летели, увеличивались возможности Игоря. В конце концов Игорь смог разглядеть какие то всполохи в небе. Потом какие то вибрации в воздухе. Это были ультрафиолетовые и радиоволны. Игорь стал видеть волны в любом диапазоне. Странно, что одни волны не мешали другим, и так же непонятно, как все это было возможно увидеть обычными глазами. Но Игорь понимал, что его глаза уже совсем не обычны. Они не вписываются в привычные понимания физических и химических законов этого мира. Может быть, где-то это – норма? Но не здесь. Игорь даже устал бояться того, что будет дальше. И однажды утром произошло самое странное, что только могло быть. Игорь стал видеть все вокруг. Угол обзора – 360 градусов во все стороны. Вверх, вниз, по горизонтали… Если бы у Игоря было обычное человеческое внимание – он бы не смог охватить всего. Но информация текла со всех сторон, одновременно проходя в его мозг, и он ничего с этим не мог поделать – он смог охватывать вниманием все. ВСЕ. Другие люди могли бы сделать что угодно с этими возможностями – видеть все вокруг, во все стороны, сквозь стены с помощью радиоволн, видеть внутренности людей, охватывая естественную радиацию тела – органов, скелета… Можно сказать, Игорь теперь видел все. Но сам он этому был не рад. Это конец. Что он может сделать? Ничего. И в него входить слишком много информации. Он уже устал от постоянного напряжения.

Это было начало конца. Однажды к нему в спальню вошла дочь. Игорь увидел нечто… Внутри нее. Он пригляделся и вдруг увидел информацию. «Бедняга. Хотя, скоро он избавится от страданий. Когда это случится, его деньги окажутся моими – по закону. Вся его собственность будет моей – достойная компенсация за мои труды и ухаживания за ним». Игорь был шокирован. То, что он видел – было ужасным. Так же он увидел странное свечение внутри нее. Он попытался схватить это свечение – и его дочь упала с пустыми глазами. Он видел, как это «свечение» извивалось, он ВИДЕЛ как оно кричало. И вдруг он понял – что это. Душа. Он видит мысли, души людей. Он попытался вернуть душу обратно – но у него не вышло. Внезапно где то рядом появился Честер.

– Только Бог может так делать, – с некоторой печалью сказал Честер.

– Я… Но я тоже могу так сделать? Почему я не могу? – ошеломленно вопрошал в пустоту Игорь.

– Ты еще не научился этому. Ты еще не видишь этого. Ты слишком рано дал волю эмоциям. Пока что… ты не можешь ничего вернуть.

Игорь устало опустил глаза. Он закрыл их. Ему больше не нужно держать их открытыми – теперь он видит все. Он видит души. Он отпустил душу своей дочери и оглядел все вокруг… По новому. Он увидел тончайшие линии. И решил ждать. Он ждал дни, месяцы, годы… По крайней мере так ему казалось. Он видел, как время проносилось вокруг него. Мимо него… И сквозь него. Внезапно он понял. Он увидел время, эти месяцы и годы. Увидел каждую мельчайшую частичку времени. Он увидел, КУДА он может идти, что бы оказаться КОГДА. Он сделал шаг назад. Обернулся и побежал. Он видел каждое движение своих конечностей, скрип мышц и костей, клеток. Он сделал неуловимое движение, влияя на все и сразу. Он видел, как это сделать. И время в его организме пошло назад. Он стремительно молодел, и одновременно вышел на нужное место\время. Он был в комнате, когда вошла его дочь. Не было его двух. Он вернулся в самого себя. Дочь взглянула, и он снова увидел все ее мысли. Опять эти горькие слова пронеслись перед глазами. Игорь печально взглянул в ее глаза и сказал:

– Тебе не нужно ждать. Я ухожу.

Он видел, куда надо двинуть свое тело, ведь пространство для него больше не жесткая клетка без выхода. Он видел время и пространство. Он двинул ногой, и она исчезла. И дальше он исчез весь. Оказавшись в пустоте, где нет абсолютно ничего, он вдохнул ничто, и сам оказался ничем. Он может видеть все. Но теперь… Он больше не обязан видеть ничего.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License