Видение 022-1 – Лесная прогулка

20 октября 1974 года, 05:25

Осенний лес дремал, лёжа на перине из опадающих листьев и укутавшись облачками сизого тумана. Во многих местах он действительно лежал - здесь, вдали от цивилизации, некому было убирать прошлогодний бурелом, а новые деревья росли неохотно. Идти по размякшей земле, перелезая через ветвистые брёвна и продираясь сквозь густые заросли дикой малины, было нелегко - но именно к такому пейзажу стремился Иван Владимирович Траволетов, грибник с почти сорокалетним стажем. Как только начинались первые сентябрьские дожди, он собирал рюкзак и почти каждые выходные отправлялся на тихую охоту, нередко возвращаясь в город только к четвергу или даже пятнице.

Это место он присмотрел уже давно. В лесах возле крошечной, почти исчезнувшей деревеньки Калёное изобильно росли подберёзовики, боровики, сыроежки и другие съедобные грибы - огромные, крепкие, не тронутые червём или бедами современной экологии. Удивительно было осознавать, что всего в нескольких десятках километров шла федеральная трасса. Возможно, всё дело было именно в этом - очень немногие могли разглядеть еле видимую тропу, ведущую неизвестно куда, и тем паче свернуть с главной дороги между двумя крупными городами. Для автомобилистов это был просто один из однообразных пейзажей, мелькающих за окном, а добираться сюда пешим ходом оказывалось слишком далеко. Траволетов и сам бы вовек туда не отправился, но в наследство ему нежданно-негаданно достался старый деревенский дом. Однажды съездив туда и погуляв по окрестностям, он настолько проникся увиденным, что восстановил покосившуюся избушку, которую возвёл ещё его прадед. Выбираясь из Екатеринбурга, грибник преодолевал на жёлтой «Ниве» добрых триста пятьдесят километров к востоку, весь остаток первого дня отдыхал и приводил жилище в порядок, а следующим ранним утром, практически ночью, отправлялся за дарами никем не потревоженной природы. Так повторялось каждый год, и Иван Владимирович изучил этот лесок, как свои пять пальцев, найдя самые перспективные, но труднодоступные его части. О том, куда именно отправляется, грибник никому не сообщал.

Кругом царила такая густая тишина, что Траволетов интуитивно боялся её разрушать и ступал очень осторожно, раздвигая валежник носком кирзового сапога, прежде чем ставить ногу на влажный грунт. Впрочем, он всё равно достаточно быстро углублялся в чащобу, чтобы успеть до рассвета. Внезапно до его уха донёсся тихий шум. Грибник знал, что опасных зверей тут не водилось, а человек мог сюда попасть лишь случайно, но на всякий случай поудобнее ухватил крепкую палку и замер, чутко прислушиваясь. Звуки доносились откуда-то с юга и более всего напоминали обычную человеческую, вроде бы русскую, речь. Было в ней, однако, и нечто странное, хотя Иван Владимирович не мог понять, что же конкретно. Неизвестные говорили негромко, но обрывки слов, которые Траволетов скорее угадывал, чем слышал, показались ему спорами туристов, ищущих место для палатки. Постояв в полной неподвижности минут десять, он всё-таки решился пойти и посмотреть.

Ещё полчаса ушли на то, чтобы добраться до маленькой круглой полянки. На самом деле путь был куда короче, но Траволетова постоянно сбивало с толку эхо, и, как заядлый грибник, он не упускал возможности наполнить корзинку по дороге. Однако шум понемногу становился громче, отчётливее, и вывел его к цели. Притаившись в кустах, человек присмотрелся к поляне, подсвеченной серебристым лунным светом.

Первыми в глаза бросались три высокие, под два метра, человеческие фигуры. Незнакомцы были одеты в нечто вроде полевой солдатской формы необычного покроя, поверх которой носили просторные тяжёлые халаты такой же камуфляжной расцветки. В тусклом свете грибнику показалось, что этот узор больше напоминает сплетение фракталов, чем простые маскировочные пятна, как на его собственной куртке. Под халатами таилось множество карманов и сумок, откуда все трое периодически доставали непонятные предметы, иные из которых очевидно шевелились, как живые. Но более всего Траволетова поразили лица. По отдельности форма черепа, разрез глаз и бледная полупрозрачная кожа, словно подсвеченная изнутри, казались обычными, но вместе навевали мысли о чём-то инопланетном или волшебном. Их отличия от лиц, которые грибник видел вокруг себя каждый божий день, были неуловимы, однако хорошо заметны даже в туманной полутьме. Сперва он решил, что это иностранцы, хотя не слыхал о подобной расе. Понемногу его взгляд оторвался от фигур и переключился на их окружение.

По всей поляне были разбросаны странные приборы, некоторые стояли на треногах или крепились к древесным стволам. Пришельцы, как их мысленно окрестил Траволетов, ходили от одного к другому, что-то проверяя и жарко споря. В их русской, но полной терминов речи грибник не понимал почти ни единого слова. Затем он вдруг осознал, что некоторые из тёмных объектов, возле которых трудились незнакомцы, были животными. Одно из них совершенно точно являлось крупной немецкой овчаркой, что успокаивало, добавляло ситуации чего-то привычного, понятного, земного. Второй зверь оказался чуть помельче, но выглядел куда страннее - как округлая пористая масса на коротеньких ножках, которых было явно больше, чем следовало. Никаких глаз у него Иван Владимирович не разглядел, как и вообще чего-то, кроме однородной груды губчатой плоти с дюжиной мясистых лап. Третья же тварь, похожая на чёрный скелет, изредка меняла позу, обретая абсолютно новый вид. Она была чешуйчатой и гладкой, состоящей из одних суставчатых отростков, в переплетении которых иногда мерцали красные огоньки.

Пока грибник тихо следил за пришельцами, пытаясь понять, кто из них чем занят, те начали волноваться. У них явно что-то не ладилось, они спорили, всё сильнее распаляясь и переходя на повышенные тона. Траволетов мог уже не напрягаясь слышать их отрывистые голоса, столь же нормальные и вместе с тем чужеродные, как внешность. Незнакомцы действительно говорили по-русски, причём без малейшего акцента.

- А я говорю, всё подходит! - воскликнул тот, который особенно много и беспокойно ходил туда-сюда между приборами.

- Да как же всё это может подойти? - раздражённо взмахнул рукой, обводя поляну, второй, самый крупный из них троих.

- Уж получше, чем твои рацпредложения! Тут хоть со скрипом, но все параметры в норме. И вообще, кто здесь географ?

- Ты, а толку? Это наше общее дело, и я не хочу, чтобы из-за твоей неуёмной осторожности оно пошло таламу под хвост.

- Нет, ну ты слышал? - обратился тот к собаке и снова гневно глянул на собеседника. - А что насчёт твоей осторожности?

- На небо-то давно смотрел, землемер? Скоро уж солнце взойдёт! Нам тупо некогда искать новые варианты, понимаешь?

- Ладно, не веришь мне, так посмотри на это! - географ сунул ему под нос плоский светящийся прибор размером с книгу.

Тот почти что выхватил устройство из его рук и принялся водить по экрану длинным пальцем, бормоча какие-то непонятные слова - грибник не разобрал, ругательства то были, научные термины или всё сразу. Временами пришелец поднимал голову и обводил окрестности долгим взглядом. Географ нетерпеливо притоптывал ногой. Третий незнакомец уселся на животное-кучу и безучастно наблюдал за происходящим.

- Давай пойдём по порядку, - наконец промолвил второй, оторвавшись от экрана. - Каналы маны здесь достаточно узкие, с этим не спорю.

- Ещё б ты спорил, мы ведь их первым же делом мерили, - недовольно буркнул первый. - Сразу к сути переходи. Что тебя не устраивает?

- Ну, например, совершенно идиотский состав грунта. Медь почти на минимуме. Кремния практически нет. Железа, наоборот, переизбыток.

- Ерунда, адаптируется, - отмахнулся географ. - Ты лучше на огранику глянь! Из всех мест, которые мы проверяли, это однозначно лучшее.

- В пяти километрах на юг ничуть не хуже, к тому же дальше от шоссе. Тебе так сильно нужны все эти магнитные поля, выхлопы и прочее?

- Да успокойся ты, я знаю, что делаю! - вскричал тот и внезапно поднёс левую руку к лицу. - Чёрт, у нас почти всё время вышло, доволен?

- Хрен с тобой, высаживай тут. Но учти, что это твоё личное решение, ты нас торопил, ждать не хотел, и вся ответственность лежит на тебе.

Географ молча забрал прибор с экраном, сунул под халат и быстрым шагом направился к овчарке, насвистывая короткую мелодию. Зверь вскочил на ноги, виляя хвостом, и широко открыл пасть. Даже слишком широко. Грибник с тихим ужасом смотрел, как нижняя челюсть пса упирается в землю, верхняя задирается вертикально вверх, щёки раздуваются, и на месте обычной собачьей головы появляется огромный дверной проём. Рассмотреть подробности Траволетов не сумел, но совершенно точно понял, что по другую сторону этой двери расположен ярко освещённый просторный зал. Пришелец опёрся обеими руками о её шерстяное обрамление и заглянул внутрь, слегка щурясь от света.

- Всё, мы определились. Давай, тащи его сюда, время очень поджимает, - он отошёл в сторону, указывая ладонью на самый центр полянки.

Через несколько секунд по поляне скользнула тень, и из утробы собаки вышла четвёртая фигура, одетая в белый халат, похожий на простую лабораторную одежду, но тоже расшитый бледно-голубым фрактальным узором. Она была заметно ниже остальных и выглядела на их фоне довольно тощей - однако даже этот пришелец среди обычных человеческих существ всё равно смотрелся бы богатырём. В руках он держал причудливый прозрачный кувшин, словно сошедший со страниц фантастической книги. Внутри, безвольно покачиваясь в мягко светящейся жидкости, вяло шевелилась и пускала пузырьки непонятная штуковина, отдалённо напоминающая осьминога или крошечный корявый пенёк.

- Погоди, дай хоть взгляну на него, - здоровяк бережно взял сосуд и вместе с подошедшим географом всмотрелся в его мерцающее нутро.

Лаборант хмыкнул и снова скрылся в ненастоящей овчарке. Географ последовал за ним, и они начали вместе перетаскивать наружу новые аппараты. Минуту спустя вокруг глубокой узкой ямки, которую успели раскопать здоровяк и его зверь-трансформер, образовалось кольцо из коробочек разного размера. Втроём пришельцы наклонили к ней кувшин и аккуратно отвинтили клапан в его крышке, позволив уже погасшей воде вытечь оттуда. Потом открыли сосуд целиком, и ветвистый комочек плюхнулся в эту лужицу, сразу же погрузившись на дно. Проверив экранчик своего прибора, географ кивнул, и яму столь же быстро закопали. Затем все трое со своими питомцами поспешно отбежали назад.

Некоторое время ничего не происходило. На небе холодные тусклые огоньки уже готовились бороться с лучами куда более яркой и горячей звезды, понемногу выбирающейся из-под горизонта. Ветви, чёрными костлявыми силуэтами маячившие на фоне редких облаков, начинали светлеть и розоветь, приветствуя новый день. Грибник вдруг сообразил, что свет Солнца никак не мог падать на них под таким углом, да и час ещё явно был слишком ранним. Порыскав глазами по поляне, он убедился, что сияние рождалось именно на ней. Над тем местом, где пришельцы закопали своё существо, прямо из тумана появлялись тонкие красные нити, сплетающиеся в эфемерный клубок. Он становился всё плотнее, весомее, внутри него нарастало какое-то движение - и вскоре шар беззвучно взорвался, осыпав траву гроздьями зеленоватых лучей. От неожиданности Иван Владимирович резко дёрнулся назад… Но не смог даже пошевелиться. Лишь тогда до него дошло, что тот незнакомец, который молча сидел на бесформенном животном, всё это время пристально за ним наблюдал. А теперь встал, размял ноги, с интересом взглянул на собственный маленький экранчик, который раньше прятал в ладонях, и подошёл к остальным, оживлённо спорящим.

- Эй, сыщик, приметил слона? - весело ухмыльнулся географ, кивая на центр полянки. - Малыш прижился, и уже умеет пускать фейерверки!

- Каналы расширяются, - откликнулся лаборант. - И флуктуации уже растут, медленно, но верно. Так что фейерверками дело не ограничится.

- А как на это отреагируют местные? - сыщик склонил голову на бок, с любопытством рассматривая тонкие вихри тумана между травинками.

- Я тебя умоляю, какие тут местные? - хмыкнул здоровяк. - На десять километров во все стороны только пятнадцать деревенских старичков.

- И это, я так понимаю, один из них? - тот протянул ему экран, другой рукой указывая на кусты, в которых притаился незадачливый грибник.

Все пришельцы повернулись в ту сторону. Здоровяк пробормотал витиеватое ругательство и протяжно свистнул. Чёрная тварь, сложившись, как перочинный нож, и резко распрямившись, молнией кинулась прямо к Траволетову, на лету разворачивая новые лапы. Не успел тот даже моргнуть, как несколько тонких, узловатых, но неожиданно крепких конечностей выдернули его из укрытия и подняли над землёй. Существо теперь напоминало безголового кентавра или паука. В затылок вцепилась дюжина маленьких острых когтей. Шустро переставляя ноги, тварь понесла добычу к пришельцам, которые стали переговариваться значительно тише и беспокойнее. Мучительно тянулись секунды ожидания.

- Убивать мы вас не будем, - наконец обратился географ к грибнику. - Мы всё-таки гуманисты. Но и просто так отпустить вас тоже не можем.

- Я никому ничего не скажу, клянусь! - просипел тот, тщетно пытаясь вернуть контроль над своим телом, хотя не знал, что делал бы дальше.

- Разумеется, не скажете, но насчёт причины ошибаетесь, - здоровяк пристально посмотрел ему в глаза. - Расслабьтесь, всё будет хорошо.

Затылок пронзила краткая, почти неощутимая вспышка пульсирующей боли. Сознание заволокло туманом, сквозь который стали проступать идеи, образы, картины. На миг Иван Владимирович подумал, что перед его глазами проносится вся жизнь, однако сразу же утратил связь с реальностью. Волна дремоты накатила на него, затопила каждую клетку тела, расцветая красочными орнаментами, закружила в водовороте фрактальных функций и унесла далеко, за горизонт… А затем рассеялась, исчезла, как позабытый сон, вернув силу мышцам и ясность уму.

Покрепче сжав в руке палку, Траволетов осторожно подошёл к середине абсолютно пустой и ничем не примечательной поляны. Взглянул на вылезающий из-за деревьев солнечный диск, прикрыв глаза рукой. Опустился на корточки. Раздвинул руками пожухлую траву, разыскивая приметный камень. Улыбнулся, увидев его. Порывшись в рюкзаке, извлёк пару медных монет и бутылочку с серой жижей. Осторожно ткнул палкой в сухой грунт, закопал там монетки, а сверху медленно полил жидкостью, любуясь тем, как она впитывается. Встал, отряхнул колени.

- Кушай, малыш, расти умный, сильный и большой, - ласково проговорил он ветвистому комочку плоти под землёй, подобрал рюкзак и ушёл.

Домой он вернулся уже под вечер, неся почти четырнадцать килограммов отборнейших грибов. Ни у кого в деревне и городе не возникло бы сомнений, что Иван Владимирович ездил сюда исключительно на тихую охоту. И лишь он один знал, какое чудесное существо скрывается в этих лесах. Порой ему казалось, что волшебное семечко неслышно говорит с ним, объясняет, как нужно за собой ухаживать, и рассказывает про другие неведомые вещи. На самом деле он не был уверен, откуда у него берутся такие знания. Хотя это не было важно - просто берутся, какая же кому разница? Главное, что на свете осталась магия, и он, Траволетов, был одним из немногих приобщённых к этой тайне. Конечно, советская власть не очень радушно принимала такие идеи, и соседи лишь покрутили бы пальцем у виска, вздумай он даже заикнуться им о своей удивительной находке под старой елью… Но это были их проблемы. Однажды магия вернётся, как в древние времена, наполняя весь мир множеством неведомых зверей, великих чар, знаниями об истинной природе вещей - и одним из её истоков станет неприметная полянка.


Примечания

Это видение было сделано 11-1 э.к. после тщательного анализа биографии внеальянского гражданина И. В. Траволетова, который искренне утверждал, что является хозяином существа 022-4 и лично высадил его на указанной поляне. В показаниях субъекта, однако, обнаружился ряд нестыковок, а детальное медицинское обследование показало, что его воспоминания, образ мышления, мышечная память и некоторые другие психико-биологические черты подверглись вмешательству извне. По итогам пяти экспедиций, изучения документов тайных обществ мира А-24 и иных процедур было собрано достаточно сведений, чтобы штатные визионисты могли спокойно заполнить оставшиеся пробелы.

Альянс, прежде всего, наконец смог объединить факты о внешности и деятельности сотрудников Панзоона, как минимум обычных. Также стало известно, что эти четверо изготовили мага-отшельника в качестве своеобразного дипломного проекта. Прототип не прошёл контроль качества, но вместо утилизации создатели решили оставить его в малонаселённом регионе, вырастить, дождаться появления аномальной зоны и тем самым доказать успех своей отвергнутой работы. Случайного свидетеля они поставили следить за данным организмом вместо себя, заодно ведя интересующихся по ложному следу. Кроме того, здесь впервые удалось лично увидеть их биомагические компьютеры.

Личных же питомцев панзоологов удалось опознать лишь отчасти. Собака географа, вернее так называемый талам, является стандартной упрощённой версией 022-3 всего с тремя комнатами в экстрамерной полости тела. Сопровождавший сыщика бесформенный зверь, также стандартный эревнит, представляет собой нечто вроде улья и телепатически управляет роем маленьких ядовитых жуков, один из которых ненадолго обездвижил свидетеля. Чёрный паук-трансформер принадлежал охраннику, и это почти всё, что о нём известно. По косвенным признакам удалось выяснить, что питомцем лаборанта был живой телепорт, посредством которого вся эта группа покинула место событий.

Данное видение прояснило почти всё, связанное с магом-отшельником, однако ряд вопросов остался открытым и даже пополнился парой новых пунктов. Конкретные личности тех панзоологов пока ещё не выяснены, хотя их удалось хорошо рассмотреть со всех сторон. Также неизвестно, чем для них окончилось это предприятие, и были ли наработки по биологии мага-отшельника использованы в других проектах биомагов. Остаётся загадкой многое в их мотивах и методах, хотя общая картина вырисовывается вполне чётко. Кроме того, не ясно, как далеко Панзоон со своим культом человеческого образа мог зайти в его модифицировании - документы лишь намекали на трансгуманизм.


Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License